Защита миноритарных кредиторов в деле о банкротстве

Миноритарный кредитор в деле о банкротстве

ЮРИЙ АПУХТИН, старший юрист ООО «РАУД»

Каждое дело о банкротстве имеет общие принципы и задачи его проведения, заложенные в законодательстве. Но не в каждом производстве участники дела о банкротстве имеют схожие цели и работают совместно.

В большинстве случаев в делах о банкротстве есть своя «темная» и «светлая» противоборствующие стороны: по сути кредиторы разделяются на два блока, имеющие разные, нередко взаимоисключающие, цели в производстве.
Стратегия кредитора
Блок 1 — кредитор или кредиторы, которые преследуют принципиальную цель вернуть свое – получить удовлетворение своих требований, включенных в реестр в рамках дела о банкротстве. Препятствием для погашения долга перед такими кредиторами является невозможность принятия необходимых решений в рамках процедуры на собрании кредиторов, поскольку они не обладают в совокупности необходимым количеством голосов – так называемые миноритарные кредиторы. При этом речь здесь идет о решениях, которые напрямую влияют на возможность пополнения конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов: утверждение порядка реализации имущества, обязание управляющего оспорить сделку, обязание взыскать дебиторскую задолженность и т. п.
Блок 2 — кредиторы, недобросовестно использующие свои права в деле о банкротстве, целью которых не является погашение требований (или их целью является не только погашение требований). Задачи таких кредиторов, как правило, отличаются от общих принципов проведения процедуры банкротства, ими могут быть и приобретение прав на активы должника, а может быть и принятие нужных решений на собраниях кредиторов в рамках дела о банкротстве в интересах должника и т. п. В большинстве случаев вышеуказанные кредиторы имеют большинство голосов, а значит, могут принять ключевые для проведения процедуры решения.
Стратегия поведения такого кредитора может вестись не только совместно с должником, но и с арбитражным управляющим. С одной стороны, арбитражный управляющий – независимое процессуальное лицо в производстве, которое в первую очередь обеспечивает проведение процедуры банкротства должника. Но достижение вышеназванных целей кредитора чрезвычайно сложно без взаимодействия с арбитражным управляющим, поэтому в большинстве таких случаев арбитражный управляющий лоялен при проведении процедуры к таким кредиторам.
Далее стандартная ситуация — имущества нет (или его хватает лишь на текущие и судебные расходы). Как в данной ситуации такому кредитору заявить о себе? В особенности когда большинство кредиторов принимают решение (или такое решение принимает арбитражный управляющий) о завершении процедуры банкротства? Тут важно не упустить момент и, разумеется, принимать активное участие в процессе по делу о банкротстве.
Надо помнить, что помимо активов должника есть еще минимум 3 источника пополнения конкурсной массы: контрагенты должника, бывший менеджмент должника и даже сам арбитражный управляющий. Но попытаться использовать эти источники можно, лишь занимая активную позицию в деле. Назовем это «правилом трех требований»:
1) требование об оспаривании сделок;
2) требование о привлечении к субсидиарной ответственности;
3) требование об оспаривании действий арбитражного управляющего и взыскании убытков.
Все три направления необходимо реализовывать своевременно с учетом процессуальных особенностей и сроков давности. Причем при реализации каждого из направлений принятие решения большинством голосов на собрании кредиторов уже не спасет – все завязано на принципе добросовестности арбитражного управляющего. Даже если не хватает голосов для подачи заявления об оспаривании сделок (в новой редакции Федерального закона – от 10% голосов), ничто не мешает обратиться с соответствующим требованием (письмом, запросом, обращением и т. д.) к арбитражному управляющему. Если основания для оспаривания сделки «лежат на поверхности», какую бы сторону управляющий ни занимал, не факт что он вам откажет – не каждый готов нести риск взыскания с него убытков. А далее дело техники – включаемся в процесс по оспариванию сделок и доказываем свою правоту.
Жалобы к управляющему могут быть основаны на любых нарушениях, но вот убытки, разумеется, нужно еще доказать – ведь кредитору важно не управляющего в чем-то уличить, а пополнить потенциальный источник для погашения требований. Например, не оспорил управляющий сделку в установленные сроки или не взыскал дебиторку – возмещай убытки в размере дебиторской задолженности или того, что мог получить должник по двусторонней реституции.
У нас был на практике случай, когда управляющий (обозначим его как – управляющий А) не выявил никаких подозрительных сделок. В результате мы обратились с предложением сделку оспорить, на что получили отказ. После чего обратились в суд о признании бездействия управляющего А незаконным, выразившееся в неоспаривании сделки. Суд признал вину управляющего А. После чего вновь избранный управляющий (управляющий Б) эту сделку попытался оспорить, но ему было отказано ввиду пропуска срока давности, который, по сути, был пропущен по вине управляющего А. В результате с управляющего А были взысканы убытки в размере того, что могло быть получено в случае оспаривания сделки.
Ситуация с субсидиарной ответственностью еще проще: тут нет ограничений для подачи кредитору – в установленные сроки обращается сам кредитор, причем это возможно сразу после введения соответствующей процедуры. Пока есть в производстве такое заявление, процедура о банкротстве не может быть завершена. На практике мы, самостоятельно выявляя основания для привлечения к субсидиарной ответственности и подав соответствующее заявление, успешно блокировали попытки арбитражного управляющего моментально завершить процедуру и доказывали свою правоту уже в рамках отдельного процесса о привлечении к субсидиарной ответственности, ведь, как было сказано выше, пока этот вопрос не рассмотрен, процедура не может быть завершена.
Достаточно часто клиенты (кредиторы) обращаются за помощью к специалистам с такими сложившимися обстоятельствами дела о банкротстве, что приходится быть уже в роли догоняющего. Поэтому для успешной реализации всех трех направлений важно своевременно получать всю информацию в производстве – знакомиться с делом, ходить на все собрания, судебные процессы, писать письма, запросы – в общем, быть в курсе текущей ситуации и каждого шага участников дела о банкротстве.
Главное помнить: чем более активную позицию занимает в деле миноритарный кредитор, тем больше шансов погашения требований или их части. Грамотный и профессиональный подход к каждому делу позволяет получить максимально возможное погашение требований кредитора.

В деле о банкротстве с целью защиты интересов кредиторов могут оспариваться любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника

Верховный Суд РФ указал, в частности, следующее.

К фактам, которые негативно влияют на имущественную массу должника, могут быть отнесены действия, направленные на исполнение любых обязательств должника, совершенные третьими лицами (а не самим должником) сделки за счет должника, ненормативные правовые акты, оформляющие сделки по отчуждению имущества или прекращению имущественных прав должника и др.

Во всех названных случаях право на иск имеется, в том числе в силу того, что на законодательном уровне интересы неудовлетворенных кредиторов как гражданско-правового сообщества признаются более значимыми по сравнению с интересами конкретных кредиторов, получивших имущественный актив от неплатежеспособного лица в индивидуальном порядке, в целях выравнивания положения (возможности на получение удовлетворения) всех кредиторов, обладающих равным правовым статусом.

Разрешая вопрос о том, допустимо ли по специальным правилам законодательства о банкротстве оспаривать решение общего собрания акционеров другого юридического лица (не должника), а также дополнительную эмиссию акций данного лица, необходимо учитывать интересы участников рынка ценных бумаг, ценность стабильности оборота на данном рынке, связанную, в частности, с возможностью дальнейшего обращения выпущенных акций и защитой их последующих добросовестных приобретателей. При таких условиях Верховный Суд РФ пришел к выводу, что, по общему правилу, оспаривание названных корпоративных юридических фактов недопустимо в силу преобладания общественных интересов по защите соответствующего рынка как имеющего принципиальное значение для экономики в целом над интересами кредиторов несостоятельного лица.

Вместе с тем имеются ряд исключительных особенностей. Так, в рассматриваемом деле конкурсный управляющий и залоговый кредитор отмечали, что до эмиссии дополнительных акций должник являлся мажоритарным акционером юридического лица (теплоцентрали), ему принадлежал пакет размером более 67 процентов акций данного юрлица. В результате дополнительного выпуска доля должника в уставном капитале теплоцентрали сократилась до 2,69 процента, при этом право приобрести более 90 процентов от общего числа акций получила офшорная компания по цене приблизительно 300 000 руб., в то время как такой пакет акций, по утверждению заявителей, стоил более 30 млн. руб., что составляло более пяти процентов балансовой стоимости активов должника. Все названные действия совершены после введения процедуры наблюдения. Кроме того, уменьшение без встречного предоставления пакета акций должника в теплоцентрали (единственного ликвидного актива) обесценило и обеспечение, установленное в пользу общества как залогового кредитора.

В ситуации, когда корпоративные процедуры в дочернем обществе используются исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, с целью сокрытия имущества (пакета акций) от обращения на него взыскания кредиторами материнской компании, суд ввиду отсутствия иных эффективных способов судебной защиты в деле о банкротстве данной компании вправе рассмотреть требования об оспаривании соответствующих корпоративных действий (фактов) в дочернем обществе по специальным правилам законодательства о банкротстве. При этом также учитывается, что должник на момент проведения внеочередного общего собрания обладал контрольным пакетом акций в теплоцентрали, являлся единственным акционером, принявшим участие в общем собрании и голосовавшим по включенным в повестку дня вопросам (фактически должник единолично формировал волю данного общего собрания и без него решение о выпуске дополнительных акций не могло бы быть принято).

С учетом изложенного Верховный Суд РФ принял решение направить дело на новое рассмотрение, при котором следует учесть вышеперечисленные позиции и проверить, формировало ли общее собрание акционеров теплоцентрали свою волю самостоятельно (исходя из интересов самой теплоцентрали) или служило исключительно прикрытием действий должника по выводу собственных активов.

Борьба с аффилированными кредиторами в банкротстве. Новые подходы

Проблема аффилированной задолженности заключается в том, что такая задолженность решает цели и задачи должника и лиц, извлекающих выгоду из его банкротства, как правило, в ущерб интересам остальных участников банкротного процесса. В данной статье описываются категории аффилированных кредиторов и их особенности, а также приводятся примеры из последней судебной практики по вопросу противодействия аффилированным кредиторам.

Исключительно важен подход судов к рассматриваемому вопросу, поскольку действующее законодательство содержит крайне малоэффективные механизмы борьбы с аффилированными кредиторами. Таким образом, в условиях слабого законодательного регулирования, последнее слово пока что остается за судебной практикой.

Аффилированность сторон в деле о банкротстве не всегда сопровождается формально-юридическими связями между ними. Суды считают, что к требованию такого кредитора следует применить еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, а суд – проверить по существу данные о фиктивности договоров, положенных в основу требования, в том числе исследовать всю производственную цепочку и закупочные взаимоотношения с третьими лицами, а также экономическую целесообразность таких сделок.

В сложившейся судебной практике по делам о банкротстве можно условно выделить следующие виды аффилированных кредиторов, которые путем установления денежных требований к должнику пытаются достичь тех или иных целей в деле о банкротстве. Для удобства восприятия я поименовал их следующим образом:

  • кредиторы-инициаторы;
  • кредиторы-контролеры;
  • участники должника;
  • текущие кредиторы.

Кредиторы-инициаторы

Как правило, размер фиктивной задолженности перед кредитором-инициатором является символическим – чуть более трехсот тысяч – этого достаточно для запуска процесса банкротства. При этом аффилированный кредитор может сэкономить на оплате госпошлины при подтверждении такой задолженности в исковом порядке.

Довольно популярным на сегодняшний день механизмом борьбы с такими кредиторами является погашение их требований в порядке суброгации добросовестным кредитором. При этом добросовестный кредитор приобретает права требования к должнику и к нему переходят все процессуальные права первоначального заявителя по делу о банкротстве. В случае уклонения кредитора-инициатора от получения исполнения допускается перечисление денежных средств на депозит нотариуса.

Судебная практика говорит о том, что такие защитные меры добросовестного кредитора не являются злоупотреблением правом, если, например, установлены следующие обстоятельства (Определение ВС РФ от 26.03.18 № 305-ЭС17-18572):

  • взыскание долга в пользу заявителя и инициирование дела о банкротстве произошло практически одновременно;
  • размер задолженности немногим больше порогового значения для инициирования дела о банкротстве;
  • из судебного акта не представляется возможным установить основание требований заявителя (например, если дело было рассмотрено в упрощенном или приказном порядке).
Читайте также:  Как аннулировать договор дарения недвижимости?

Безусловно, перечень не является исчерпывающим. Добросовестному кредитору необходимо обосновать суду, что он действует в целях защиты своих прав, а не с целью саботировать признание должника банкротом. Так, например, признается неправомерным частичное погашение основной суммы задолженности до уровня, не позволяющего инициировать открытие производства по делу о банкротстве (Определение ВС РФ от 29.03.18 № 307-ЭС17-18665).

Кредиторы-контролеры

Кредиторы-контролеры блокируют решения, важные для остальных миноритарных кредиторов, и зачастую такие действия противоречат здравому смыслу и интересам самого кредитора-контролера, действуй он добросовестно. Например: утверждение невыгодного положения о продаже имущества должника или утверждение дополнительных необоснованных расходов на процедуру и т. п.

Для включения задолженности в реестр кредитору-контролеру не нужно предварительно подтверждать ее судебным решением, однако отсуженный фиктивный долг выглядит все же солиднее. По объективным причинам добросовестным кредиторам и арбитражному управляющему сложно обжаловать такой судебный акт, поскольку они не являлись участниками спора.

Верховный суд разъяснил, что при обжаловании такого решения заявитель должен указать такие доводы, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и дружественным кредитором, а суд при этом должен оказывать заявителю всяческое содействие: создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, и т. п. (Определение ВС РФ от 05.02.17 № 305-ЭС17-14948):

Обстоятельствами, свидетельствующими о том, что интересы должника и дружественного кредитора совпадают, могут являться:

  • предоставление минимально необходимого набора доказательств;
  • пассивность сторон при опровержении позиций друг друга;
  • признание сторонами обстоятельств дела или признание ответчиком иска.

Участники должника

Однако, устанавливая задолженность, участники не всегда преследуют цель контроля над процедурой. Включение в реестр требований кредиторов помогает участнику получить доступ к информации и материалам дела о банкротстве, поскольку возможности влиять на процедуру банкротства и доступ к информации в ней у участника сильно ограничены.

При этом, учитывая особый статус участника, а именно то, что его заинтересованность в судьбе должника вытекает из самой сути его участия, при рассмотрении требований участников применяется более строгий стандарт доказывания. Участники должны не только представить явные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть наличие у такой задолженности корпоративной природы (Определение ВС РФ от 04.06.18 № 305-ЭС18-413).

В частности, существует практика переквалификации судом требования участника из договора займа в виде пополнения оборотных средств в фактическую докапитализацию должника. Суд сделал вывод о том, что требование участника не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов, поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлена докапитализация, она по существу опосредует увеличение уставного капитала (определение ВС РФ № 310-ЭС17-17994 от 21.02.2018).

Текущие кредиторы

Очень часто такие требования усиливаются решением суда. Требования к должнику текущего характера рассматриваются не в деле о банкротстве, а в общеисковом порядке и, при наличии заинтересованности сторон, полностью признаются должником. Благодаря наличию исполнительного листа в результате осуществления подобной схемы денежные средства с расчетного счета должника списываются в безакцептном порядке.

В описанном ниже случае из судебной практики (Определение ВС РФ от 11.09.17 № 301-ЭС17-4784) Верховный суд сделал ряд важных выводов, которые помогут добросовестным кредиторам противостоять фиктивной текущей задолженности, а именно:

  • важное значение для рассмотрения вопроса имеет то обстоятельство, что должник (ответчик по иску) признает иск. Суд указал, что для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу дружественного кредитора;
  • к кредитору, оспаривающему наличие такой задолженности, применяется низкий стандарт доказывания. Суд учел, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования текущего кредитора. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга.

Резюмируя вышесказанное, нельзя не отметить положительную тенденцию в судебной практике по борьбе с аффилированными кредиторами. Отбросив формальный подход суды (правда пока еще высших инстанций) отчетливо дают понять, что контроль над процедурами банкротства через фиктивную кредиторскую задолженность остается в прошлом.

Хочется выразить надежду, что разработанный инструментарий будет чаще использоваться судами первых инстанций, что существенно сократит сроки процедур банкротства и, следовательно, судебные издержки их участников.

Обуздать аппетиты мажоритарного кредитора: лакуны банкротного права можно залатать нормами корпоративного

В банкротном праве собрания отличаются от сообществ, действующих в рамках иных отраслей, отсутствием признака добровольности. В связи с этим проблема подчинения большинству здесь встает особенно остро, так как кредиторы о своем участии в собрании в принципе не договаривались и не могли договориться, не в пример корпоративному праву, где собрание является следствием договора между участниками. В качестве инструмента защиты от произвола мажоритарного кредитора в банкротном праве выступает в том числе комитет кредиторов. Почему именно он?

В конце октября состоялась конференция Ассоциации выпускников Российской школы частного права и Lextorium, посвященная решениям собраний. Осветить все темы, поднятые конференцией, на страницах одного номера газеты не представляется возможным, поэтому сегодня мы предлагаем вниманию читателей лишь одну из них — цель кумулятивного избрания комитета кредиторов собранием и место этого института в законодательстве о банкротстве.

К другим заявленным проблематикам мы вернемся в следующих номерах газеты. А пока предоставим слово доценту кафедры общих проблем гражданского права РШЧП, к.ю.н. Олегу Зайцеву.

Недобровольность как характерная черта банкротного права

Сессию, посвященную решениям собраний в банкротстве, Олег Зайцев открыл докладом о цели кумулятивного избрания комитета кредиторов собранием кредиторов и его последствиях в законодательстве о банкротстве.

Как правило, решения собраний, с которыми мы часто имеем дело на практике, — это все решения добровольных сообществ — сособственников в общей долевой собственности, собственников квартир в многоквартирных домах, акционеров.Другими словами, это все люди, которые объединились по своей воле. Решения собраний в банкротной теме интересны тем, что речь идет не о добровольном сообществе кредиторов, и поэтому многие вещи, которые имеют свое решение применительно к добровольным сообществам, через диспозитивность регулирования, в банкротном праве не применимы. Для банкротного права фундаментальный принцип в решении собрания — принцип большинства — особенно напряжен. Именно потому, что люди не договаривались на паритетных началах о взаимодействии.

Одна из весьма распространенных теорий, особенно в американском праве, исходит из того, что банкротное право — это такое право, о котором кредиторы, скорее всего, договорились бы, если бы у них была такая возможность. Эта теория подвергается большой критике. И действительно — могли бы кредиторы договориться о принципе большинства? Сомнения в этом есть, и серьезные. Докладчик признался, что, размышляя над тематикой субординации займов акционеров, пришел к следующему выводу: для России, в отличие от многих других юрисдикций, вопрос о субординации чаще ставится не ради субординации как таковой, не ради того, чтобы решить, как делить конкурсную массу. Вопрос субординации поднимается ради того, чтобы не допустить того или иного кредитора к голосованию. Это обусловлено тем, что в России сложилась уникальная ситуация какой-то «безумной» концентрации власти над процедурой, которую априори имеет мажоритарный кредитор. Неслучайно в проекте Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением требований контролирующих лиц в процедурах банкротства, ВС РФ не раз упоминает, что мотивом субординации является недопущение мажоритария к влиянию на процедуру банкротства.

Смысл процедур банкротства заключается в том, что мажоритарный участник (акционер) либо другое контролирующее должника лицо лишается возможности определять действия должника.

В правопорядках, в которых хорошо развита субординация, вопрос об ограничении влияния контролирующих лиц не является ключевым. Это связано с тем, что здесь мажоритарный кредитор особого влияния на процедуру не имеет. И догматически это предопределено именно недобровольным характером собраний в банкротстве. А у нас же мажоритарный кредитор решает практически все — он решает, кто будет управляющим, устанавливает порядок торгов, контролирует процедуру.

Но даже в нашем, промажоритарном, действующем законодательстве, оказывается, есть инструменты, которые направлены на ослабление произвола мажоритарного кредитора. Комитет кредиторов является одним из таковых. Этот институт пока является «спящим», он мало востребован, но может и должен стать одним из инструментов, позволяющих постепенно снивелировать возможности произвола мажоритарного кредитора.

Эффект кумулятивного голосования

Итак, повторимся, в банкротстве собрания отличаются отсутствием признака добровольности участия. И именно ввиду этого обстоятельства проблема подчинения миноритарных кредиторов мажоритарию делает инструменты защиты слабой стороны более чем актуальными. Банкротной практике не чужды все те проблемы, которые имеются в отношении решений собраний, существующие в других отраслях права. А действующее регулирование не отвечает на все вопросы, которые жизнь ставит перед участниками правоотношений в банкротстве. Многими экспертами в ходе дискуссий, выступлений, научных разработок отстаивается тезис об общности решений собраний и, как следствие, возможности «экспортировать» справедливые решения из одних областей в другие. Так же можно поступить и здесь, закрывая прорехи банкротного законодательства нормами, принятыми в иных отраслях права.

В качестве инструмента защиты от произвола мажоритарного кредитора выступает в том числе комитет кредиторов.

Цель создания комитета — защита и представление интересов конкурсных кредиторов. Избранный орган вправе контролировать управляющего на арбитражной основе, комитет кредиторов располагает и другими полномочиями, их регламентируют законы РФ и предоставляет собрание. В случае если количество конкурсных кредиторов, уполномоченных органов составляет менее пятидесяти, собрание кредиторов может не принимать решение об образовании комитета кредиторов (ст. 17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее — Закон о банкротстве).

Особенностью избрания комитета кредиторов является то, что выбор его состава осуществляется по правилам кумулятивного голосования.

Выборы комитета кредиторов осуществляются кумулятивным голосованием.

При избрании комитета кредиторов каждый конкурсный кредитор и каждый уполномоченный орган обладают числом голосов, равным размеру его требования в рублях, умноженному на число членов комитета кредиторов. Конкурсный кредитор и уполномоченный орган вправе отдать принадлежащие каждому из них голоса за одного кандидата или распределить их между несколькими кандидатами в члены комитета кредиторов.

Избранными в состав комитета кредиторов считаются кандидаты, набравшие наибольшее число голосов.

Пункт 2 ст. 18 Закона о банкротстве

Цель кумулятивного голосования заключается в том, чтобы обеспечить участие миноритарного кредитора в комитете, в отличие от многих других решений кредиторов, принятие которых требует большинства голосов.

Но зачастую именно защита миноритарных кредиторов диктует необходимость переизбрания того или иного члена комитета. А действующее регулирование таково, что если мажоритарный кредитор буквально не захочет такого переизбрания, то сделать это будет довольно затруднительно. Почему?

Для начала ответим на другой вопрос: может ли собрание кредиторов прекратить полномочия не всех, а лишь одного члена комитета?

В Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства (утв. Президиумом ВС РФ от 26.12.2018), Верховный суд РФ ответил на этот вопрос отрицательно.

Собрание кредиторов не вправе переизбирать отдельных членов комитета кредиторов.

Особенность избрания комитета кредиторов заключается в том, что выбор его состава осуществляется по правилам кумулятивного голосования (пункт 2 статьи 18 Закона о банкротстве). Такой порядок исключает возможность последующего переизбрания отдельного члена комитета кредиторов.

Таким образом, собрание кредиторов правомочно принимать решение о досрочном прекращении полномочий комитета кредиторов в целом, то есть всех его членов, а не одного из них. При досрочном прекращении полномочий комитета кредиторов все входящие в его состав лица подлежат переизбранию.

Как видим, ВС РФ утверждает, что кумулятивное голосование — это ценность, которую надо защищать. В чем смысл такого порядка? В том, чтобы обеспечить представительство миноритарных кредиторов в комитете кредиторов. Наличие такого порядка принятия решений означает, что хотя бы одного своего представителя миноритарные кредиторы смогут провести в состав комитета.

И из этого следует очень много такого, что пока у нас не принято замечать, но на самом деле напрямую из кумулятивного голосования вытекает. Когда мы говорим, что мы обеспечиваем представительство миноритарных кредиторов, это значит, что мы хотим защитить миноритарных кредиторов от их мажоритарного «собрата». При таком представительстве миноритарные кредиторы получат большее количество голосов в комитете, чем то, которое они имеют на собрании.

Читайте также:  Цена иска: что такое и как определить

По нашему закону информационные права предоставлены именно комитету кредиторов. Про информационные права каждого конкретного кредитора ничего в законе не говорится, а о комитете законодатель упоминает — о его праве запрашивать у арбитражного управляющего информацию о ходе процедуры. Так или иначе, мы видим желание законодателя, чтобы комитет кредиторов имел реальные возможности влияния на процедуру.

Мажоритарному кредитору выгодно быть супер-мажоритарным

Однако надо заметить, что кумулятивное голосование не всегда способно выполнять свою функцию. Это происходит в случае, когда контролирующее лицо является супермажоритарным кредитором. Система кумулятивного голосования неплохо работает, если есть просто мажоритарный кредитор (50+1% голосов) и мелкие кредиторы, имеющие в совокупности 49%. А если в процедуре задействован мажоритарий, владеющий 99% голосов, и множество мелких кредиторов, математическая модель кумулятивного голосования может начинает давать сбои. Здесь возможна ситуация, когда мелкие кредиторы, даже если они все объединятся, не смогут провести ни одного кандидата в комитет. И так, к сожалению, иногда случается. Более того, до недавнего времени такая ситуация была актуальна, например, при банкротстве кредитных организаций. Когда главным кредитором оказывалось Агентство по страхованию вкладов, которое вследствие выплаты страхового возмещения вставало на место кредитора первой очереди и оказывалось самым крупным кредитором. Сейчас эта ситуация невозможна, потому что АСВ запретили голосовать на собраниях кредиторов банков, но возможность возникновения подобного казуса в других процедурах осталась. При появлении в процедуре супермажоритарного кредитора риск того, что он не будет должным образом заботиться об интересах других кредиторов, только возрастает. И тогда, если опираться не только на математику, но и на этиологию кумулятивного голосования, то мы должны признать, что в этой ситуации решение супермажоритарного кредитора о формировании комитета кредиторов, который по существу своему будет тождественен самому мажоритарию, по сути является злоупотребительным. Ибо в такой комитет кредиторов войдут только те лица, которых мажоритарий же и предложил. И мы должны признать, что хотя бы один представитель от миноритарных кредиторов должен войти в состав комитета. И этот вопрос ждет своего урегулирования. А вот другие вопросы, ответы на которые не содержатся в банкротном праве, вполне можно решить, пользуясь аналогией закона.

Взять хотя бы проблему с переизбранием отдельных членов комитета кредиторов.

Мы хорошо понимаем, что исторически для отдельных их видов собраний было закреплено неодинаковое регулирование (и произошло это до того, как единообразно институт был закреплен в Гражданском кодексе РФ). Но мы также принимаем общность института решения собраний. То есть, столкнувшись с недорегулированностью одного вида собраний, мы можем через аналогию закона подглядывать возможные правильные ответы в других видах, в которых аналогичные проблемы успешно решены регулированием.

Исходя из требований закона и судебной практики, прекратить полномочия одного члена комитета кредиторов невозможно. Допускается лишение полномочий всего комитета в целом. Но дело в том, что решение о прекращении полномочий всех членов проводится уже большинством голосов, не кумулятивно. Получается, что пока мажоритарный кредитор не хочет прекращения полномочий комитета, миноритарные кредиторы, недовольные своим же представителем в комитете кредиторов, не могут его сменить. А мажоритарный кредитор, которого все устраивает, не собирается этого делать.

И тут самое время вспомнить о том, что этот вопрос, хоть и примитивным образом, но урегулирован в корпоративном законе. Да, совет директоров может избираться кумулятивным голосованием, и прекращение полномочий осуществляется большинством голосов. Но корпоративное право знает, что есть случаи, когда переизбрание члена СД обязательно. Есть случаи, когда миноритарные кредиторы могут потребовать переизбрания комитета кредиторов. И самое первое, что можно сказать, опираясь на закон, что хотя бы раз в год СД должен переизбираться.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества избираются общим собранием акционеров в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом и уставом общества, на срок до следующего годового общего собрания акционеров. Если годовое общее собрание акционеров не было проведено в сроки, установленные пунктом 1 статьи 47 настоящего Федерального закона, полномочия совета директоров (наблюдательного совета) общества прекращаются, за исключением полномочий по подготовке, созыву и проведению годового общего собрания акционеров.

Пункт 1 ст. 66 Федерального закона от 26.12.95 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»

Это позволяет миноритарным акционерам обеспечивать приведение в соответствие их интересам состава комитета кредиторов.

А мы помним, что кумулятивное голосование в комитет кредиторов имеет ту же цель — обеспечение представительства миноритариев и смягчение власти мажоритарного кредитора. Очевидно, что и в банкротном праве имеется возможность хотя бы раз в год обеспечить миноритарным кредиторам право потребовать переизбрать комитет кредиторов, имея в виду, что здесь уже воля мажоритарного кредитора не может препятствовать переизбранию состава комитета кредиторов.

Заменить умершего члена комитета кредиторов возможно

Следующий вопрос, актуальный в банкротном праве, тоже урегулирован в корпоративном законе. Что делать, если умер член комитета кредиторов? Участие в комитете строго личное и по наследству не передается. Эта проблема также известна корпоративному праву. По общему правилу смерть одного из членов СД не приведет к необходимости переизбрания всего совета, если только количество его членов не станет меньше кворума, необходимого для проведения СД. Это не самое удачное регулирование, но этот недочет смягчается диспозитивностью. Нормальный инвестор, вкладывающий серьезные деньги в компанию, конечно, оговорит в Уставе, что смерть любого члена совета директоров является основанием для переизбрания совета. В противном случае его представительство в руководстве компании, возможно, не будет обеспечено. Регулирование проблемы в корпоративном праве показывает: идея о том, что в случае смерти одного из членов коллегиальных органов миноритарному участнику сообщества можно требовать переизбрания, известна нашему праву о решениях собраний. А значит, эту идею можно принять и в банкротном праве. И не надо ждать год для возможности переизбрания комитета кредиторов в случае смерти одного из его членов (а также в случае его тяжелой болезни, ареста, потери дееспособности и т.д.).

Однако, апеллируя к аналогии закона, следует помнить, что в корпоративном праве сообщество добровольное, и в обоснование своих требований миноритарным кредиторам нужно опираться на ту норму, которую могли бы выбрать кредиторы, если бы могли договориться.

«Увольнение» за неисполнение своих обязанностей

А как быть, если член комитета кредиторов не умер, не заболел, не арестован, но нарушает свои фидуциарные обязанности? Например, он устойчиво голосует так же, как представитель мажоритарного кредитора, и миноритарным кредиторам из раза в раз приходится обжаловать решения комитета кредиторов, и суд их признает незаконными. Или просто не приходит на заседания комитета. Может ли член комитета кредиторов потребовать перевыборов комитета не только когда обнаружилась невозможность участия одного из членов комитета, но и когда обнаружилось неисполнение им обязанности действия в интересах кредиторов? Это тема, которая не развита даже в корпоративном законодательстве. Здесь мы можем посмотреть на общие нормы Гражданского кодекса РФ. Потому что в целом, если искать аналогию между комитетом кредиторов и общими положениями ГК РФ, то на кого члены комитета кредиторов «похожи»? Какой институт явно близок к комитету кредиторов? Институт представительства, безотзывные доверенности.

В целях исполнения или обеспечения исполнения обязательства представляемого перед представителем или лицами, от имени или в интересах которых действует представитель, в случаях, если такое обязательство связано с осуществлением предпринимательской деятельности, представляемый может указать в доверенности, выданной представителю, на то, что эта доверенность не может быть отменена до окончания срока ее действия либо может быть отменена только в предусмотренных в доверенности случаях (безотзывная доверенность).

Такая доверенность в любом случае может быть отменена после прекращения того обязательства, для исполнения или обеспечения исполнения которого она выдана, а также в любое время в случае злоупотребления представителем своими полномочиями, равно как и при возникновении обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что данное злоупотребление может произойти.

Безотзывную доверенность, как говорится в ГК РФ, отозвать нельзя, за исключением случаев, когда ее обладатель нарушает возложенные на него обязательства. Безотзывная доверенность — это своего рода договор. Договор ограничивает право отозвать доверенность, но если договор нарушается, значит, он перестает действовать. Применяя эту норму в банкротном праве, мы можем из нее вывести и право миноритарного кредитора потребовать перевыборов члена комитета.

Смена контроля как повод сменить комитет кредиторов

Вопрос, связанный со сменой контроля, косвенно затрагивается корпоративным законом, но и здесь решается не до конца удовлетворительно. Как быть, если поменялся состав миноритарных кредиторов? Когда, например, кого-то из кредиторов исключили из реестра или право требования было выкуплено. Если мы посмотрим на то, как в Федеральном законе от 26.12.95 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» прописывается, почему раз в год надо переизбирать совет директоров, то одно из объяснений будет такое: акционеры, которые приобрели корпоративный контроль, должны привести органы управления в соответствие со своим контролем. Реконструируя, уверен О. Зайцев, мы должны в банкротном праве признать, что если существенно поменялся состав миноритарных кредиторов, то они также должны иметь возможность потребовать смены комитета, потому что в противном случае мы не достигаем той цели, о которой нам рассказал ВС РФ, — обеспечить представительство миноритарных кредиторов.

Институционализация статуса миноритарного кредитора: необходимость и направления

Суть принципа — равное распределение имеющейся конкурсной массы среди всех кредиторов одной очереди.

Суть исключений — изъятие отдельными кредиторами части конкурсной массы в свою пользу преимущественно перед другими кредиторами.

По своему существу, исключения из принципа равенства кредиторов всегда осуществляются за счет других кредиторов.

Такие исключения просачиваются в российский правопорядок разнообразными способами:

  • предоставлением права конкретному кредитору на получение конкретной вещи / доли в праве (дело Беговая-Плаза);
  • предоставлением права конкретному кредитору на преимущественное получение выручки из вещи (залоговые кредиторы, залог из ареста);
  • предоставлением кредитору права не отдавать из своей массы причитающееся должнику (титульное обеспечение, право зачета);
  • перевод требования из одной очереди в вышестоящую (депозиты нотариусов).

Несмотря на то, что российскому правопорядку уже известны исключения (залог, депозиты нотариусов), предложения по дальнейшему размыванию эффективности названного принципа не перестают появляться.

Так, на отдельных площадках раздаются голоса в пользу:

  • расширения прав уполномоченных органов путём предоставления им залогового статуса из осуществляемого ими внесудебного ареста (для успокоения уполномоченного органа и сохранения его требований в третьей очереди (!));
  • введения титульного обеспечения;
  • предоставления возможности зачёта требований;
  • обособления прав лиц, добившихся ареста вещи должника в порядке обеспечительной меры.

Как уже было указано, изъятие из конкурсной массы всегда затрагивает интересы тех, кто остается делить такую массу после изъятия.

Так получается, что в большинстве случаев таковыми являются (окажутся в результате предлагаемых изменений) миноритарные (несистемные) кредиторы.

Связано это с тем, что мажоритарные (системные) кредиторы имеют:

  • достаточно переговорных возможностей для получения обеспечения (залог, титульное обеспечение, зачет);
  • достаточно полномочий в деле о банкротстве для получения выгод больших, чем доступно среднему миноритарному кредитору (определение условий продажи с включением своих «представителей» в число приобретших часть конкурсной массы по интересной стоимости, определение условий мирового соглашения, отступного, определение кандидатуры арбитражного управляющего и членов комитета кредиторов и т.п.).

Следовательно, любые изменения, вводящие изъятие из принципа равенства кредиторов, будут осуществляться за счёт миноритарных кредиторов.

Как представляется, в настоящее время назрел вопрос о формировании повестки в защиту интересов миноритарных кредиторов.

Ранее мы уже писали о том, что банкротство является видом управленческой модели со своими органами, целями, компетенциями и т.п. В этой связи между банкротным и корпоративным управлением можно проводить определенные параллели.

Это означает, например, применимость к защите миноритарных кредиторов инструментов, направленных на защиту миноритарных акционеров от злоупотребления (непропорционального обогащения) мажоритарных акционеров и (или) менеджмента (контролируемого мажоритарием).

В данной публикации мы планируем обозначить лишь контуры возможных средств, направленных на сбалансирование системы, крен которой в сторону системных кредиторов очевиден.

Так, мы считаем целесообразным проработать возможность внедрения следующих «противовесов»:

А. Решения собраний

  1. Предоставление миноритариям права вето на отдельные решения

В целях выявления мнения миноритарных кредиторов возможно введение института собраний миноритарных кредиторов и определение вопросов, по которым проводится такое собрание, результаты которого могут ветировать решение общего собрания кредиторов.

  1. Введение института решений собраний кредиторов с заинтересованностью — отстранение заинтересованных мажоритариев от участия в голосовании

По существу основная претензия к лицу, имеющему возможности определять судьбу имущества другого лица, состоит в использовании такой возможности в своих интересах в ущерб интересам другим членов того же сообщества. Отстранение мажоритарного кредитора от голосования по вопросу, в котором он заинтересован, будет снимать такую претензию.

  1. Введение фигуры представителя миноритарных кредиторов (пассивных)

Здесь можно было бы использовать опыт представления интересов облигационеров. Введение названной фигуры целесообразно по той причине, что в ряде случаев миноритарных кредитор принимает решение не участвовать в деле о банкротстве, имея в виду незначительные шансы и большие расходы. Названный представитель (в том числе за счет объединения требований миноритарных кредиторов в пул) сможет часть опасений миноритарного кредитора устранить.

Читайте также:  Рента и пожизненное содержание с иждивением

Б. Формирование менеджмента (арбитражное управление)

  1. Право отвода кандидатуры арбитражного управляющего предложенной мажоритарием

Безусловно, принцип подчинения большинству меньшинства заслуживает поддержки. Однако, такой принцип не может обосновывать правомерность деятельности отдельного управляющего только в интересах мажоритарного кредитора. В этой связи целесообразно рассмотреть вопрос о праве на отвод кандидатуры арбитражного управляющего, предложенного мажоритарным кредитором. С этого можно было бы начать.

  1. Введение фигуры заместителя арбитражного управляющего от миноритарев

Целесообразно рассмотреть возможность введения правила «двух ключей» по существенным вопросам: арбитражный управляющий, номинированный мажоритарным кредитором, должен будет получить подтверждение соответствующей операции от представителя миноритарных кредиторов (как рабочий вариант, заместителя арбитражного управляющего).

В. Формирование комитета кредиторов

  1. Обязательный представитель в комитете кредиторов

Кумулятивное голосование, которое является следствием принципа подчинения большинством меньшинства, также должно иметь систему сдержек: обязательный представитель в комитете от миноритариев снизит остроту проблемы.

Существенность вопроса связана с тем, что образование комитета кредиторов в ряде случаев продиктовано необходимостью устранения кредиторов от управления.

Г. Контроль текущих расходов

Целесообразно рассмотреть вопрос о возможности ветирования отдельных текущих расходов со стороны миноритариев. Например, это могли бы быть текущие расходы, осуществляемые в пользу лиц, связанных с мажоритарным кредитором.

Д. Контроль торгов

  1. Обязательное раскрытие связанности мажоритарного кредитора с оператором электронной площадки, а также с участниками торгов

Последствием нераскрытия соответствующей информации должно быть возмещение разницы между ценой на первых торгах и ценой приобретения.

Е. Имущественные полномочия

  1. Право требовать выкупа долга от мажоритария

Целеосообразно определить ряд решений в деле о банкротстве, которые выгодны мажоритарному кредитору в ущерб интересам миноритарных кредиторов, в связи с чем должны влечь право миноритарных кредиторов требовать от мажоритарного кредитора выкупа их требований.

Ж. Инфраструктурные изменения

  1. Введение обязательного представителя миноритарных кредиторов в законопроектную дискуссию

Так сложилось, что к настоящему времени в законопроектной дискуссии отсутствует представитель интересов миноритарных кредиторов. Представляется, что необходимость в нем не меньшая, а быть может и большая, чем необходимость существующих институциональных представителей миноритарных акционеров.

Отсутствие голоса у миноритарных кредиторов приводит к тому, что «за столом переговоров» находятся только представители системных кредиторов, определяющих «зоны своего влияния». Показательным в этой части является предложение предоставить уполномоченному органу залоговое право из внесудебного ареста с тем, чтобы такой орган не добился повышения очередности удовлетворения своего требования, прозвучавшее на одной из последних проведенных площадок. Очевидно, что такие предложения не затронут залоговых кредиторов, удовлетворяющихся за счет своего предмета залога, а будут реализованы за счет кредиторов третьей очереди, не имеющих возможности получить обеспечение.

З. Законопроектная работа

  1. Недопустимость сохраняемого в банкротстве залога из ареста

Наша позитивная оценка делу «Энбима-Групп» (непротивопоставимость права залога из ареста в деле о банкротстве) уже давалась на страницах периодической печати.

Здесь же хотелось обратить внимание на то, что такой залог из ареста в большинстве случаев будет доступен крупным игрокам, возможности которых по обоснованию необходимости получения обеспечительных мер заведомо превышают возможности среднего миноритарного кредитора.

Следовательно, такая недопустимость и в интересах миноритарных кредиторов.

  1. Недопустимость введения зачетных механизмов

Безусловно, наше отношение к зачету не может быть выражено в рамках настоящей публикации и заслуживает отдельного изложения.

Вкратце отметим, что право на зачет нарушает принцип равенства кредиторов точно так же, как его нарушает получение от должника исполнения. По существу из конкурсной массы должника в пользу конкретного кредитора изымается актив — требование к такому кредитору.

В свою очередь, ссылка на то, что кредитор таким образом защищает свое «ожидание» на противопоставление требования должнику (ряд немецких авторов), не учитывает тот факт, что зачет в банкротстве есть противопоставление не должнику, а кредиторам такого должника. Они так же имеют ожидания в целостности конкурсной массы.

Что касается предмета настоящей публикации, то в целях защиты интересов миноритарных кредиторов введение права на неоспариваемый в банкротстве зачет также нецелесообразно. Связано это с тем, что в подавляющем большинстве случаев обратное зачетоспособное требование будет наличествовать именно у крупных кредиторов с длительными отношениями с должником.

Защита имущественных прав миноритариев при банкротстве

Согласно п. 1 ст. 94 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»[28] (далее – Закон № 127-ФЗ) с даты введения внешнего управления прекращаются полномочия руководителя должника и управление делами должника возлагается на внешнего управляющего. Также прекращаются полномочия органов управления должника (полномочия переходят к внешнему управляющему, за исключением тех, которые предусмотрены п. п. 2 и 3 ст. 94 Закона N 127-ФЗ).

Поскольку общее собрание акционеров является в силу п. 1 ст. 47 Закона «об акционерных обществах» высшим органом управления обществом, в связи с введением процедуры внешнего управления полномочия акционера, как лица, входящего в состав высшего органа управления, существенно ограничиваются.

Между тем Закон N 127-ФЗ не предусматривает ограничения прав акционеров, предусмотренных п. 1 ст. 2 Закона N 208-ФЗ.

Приобретая акции, акционер получает права собственника. Собственник, согласно п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса РФ, вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Учитывая изложенное, акционер вправе продать принадлежащие ему акции, даже если в отношении акционерного общества введено внешнее управление.

Закон N 127-ФЗ прямо предусматривает, что с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения не допускается выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника (п. 1 ст. 63 Закона N 127-ФЗ).

Аналогичная норма предусмотрена в отношении процедуры финансового оздоровления: с даты вынесения арбитражным судом определения о введении финансового оздоровления выплата дивидендов и иных платежей по эмиссионным ценным бумагам, доходов по долям (паям), распределение прибыли между учредителями (участниками) должника не допускаются (п. 1 ст. 81 Закона N 127-ФЗ).

В то же время прямого запрета на выплату дивидендов в процедуре внешнего управления Закон N 127-ФЗ не содержит.

При этом необходимо иметь в виду, что внешнее управление применяется после наблюдения, следовательно, можно прийти к выводу, что запрет на выплату дивидендов с даты введения наблюдения распространяется на все последующие процедуры, применяемые в деле о банкротстве[29].

Помимо этого, согласно п. 1 ст. 43 Закона N 208-ФЗ общество не вправе принимать решение (объявлять) о выплате дивидендов по акциям, если на день принятия такого решения общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты дивидендов. Очевидно, что в процедуре внешнего управления у общества имеются признаки банкротства.

Таким образом, выплата дивидендов акционерам в процедуре внешнего управления акционерного общества не допускается.

Заключение

Проведенное исследование позволило сделать следующие выводы.

Миноритарные учредители имеют небольшие пакеты акций в обществе, в связи с чем корпоративный контроль за его деятельностью с их стороны невысок. Они не управляют бизнесом компании, поскольку все ключевые решения в ней принимаются мажоритарными учредителями.

Традиционно считается, что акционер является инвестором, за исключением случаев, когда акции по какой-то причине (дарение, наследование, реорганизация) приобретены им безвозмездно. Права на акции, принадлежащие акционерам, закреплены в гражданском законодательстве. Получившая распространение правовые категории «миноритарный учредитель» или «миноритарий», активно используются как в практике, в том числе судебной, так и в юридической литературе. При этом законодательство не содержит определения указанных понятий.

Анализ правовых актов органов различных уровней и ветвей власти, позволяет сделать заключение, что они воспринимают миноритариев как владельцев пакетов акций, не предоставляющих возможности во всех случаях контролировать принимаемые обществом решения. Законодатель исходит из того, что миноритарии стоят на заведомо более слабой позиции, в отличие от крупных (мажоритарных) акционеров, а потому нуждаются в более урегулированной защите, закреплении дополнительных прав и гарантий.

Обеспечение баланса прав и законных интересов не только миноритарных, но и мажоритарных учредителей заслуженно считается одной из самых сложных проблем корпоративных отношений. В ходе реформы российского гражданского законодательства наряду с общей гражданско-правовой ответственностью за злоупотребление правом было бы логично установить специальную, возможно, усиленную ответственность для акционеров, являющихся гринмэйлерами, поскольку их действия способны парализовать всю предпринимательскую деятельность компании.

Однако, при этом полагаем, что было бы справедливым учитывать интересы миноритарных учредителей только в той мере, в какой это необходимо для получения ими справедливого вознаграждения, причитающегося за акции.

В связи с этим представляется, что направление реформирования корпоративного законодательства в части, относящейся к построению структуры управления компанией, а также определения принципа безусловной защиты прав мелких акционеров, будет не столько невозможно на бумаге, сколько неуместно в правоприменительной корпоративной деятельности. Смещение центра тяжести правового регулирования корпоративной деятельности в сторону исключительной защиты акционеров, не обладающих хотя бы сколько-нибудь значительным пакетом акций, означает только то, что в результате будут непоправимо нарушены права и законные интересы не только мажоритариев, но и остальных участников корпоративных отношений, к которым относятся в этом случае и кредиторы компании, и ее контрагенты. Для кредиторов, инвесторов, контрагентов компании положение миноритарных учредителей важно в смысле определения прозрачности деятельности всей компании как своеобразная лакмусовая бумажка.

Миноритарные учредители, лишенные возможности влиять на выплату дивидендов всем акционерам, фактически лишены возможности влиять на распоряжение значительной частью чистой прибыли акционерного общества, а также опосредованно определять количество средств, идущих на развитие акционерного общества и различные фонды, отвечающие за его стабильность.

И, наконец, еще одним немаловажным риском для миноритариев является тот факт, что они лишены возможности влиять на решения о выпуске акций акционерного общества.

Таким образом, можно сказать, что положение миноритариев в акционерных обществах является достаточно шатким и зачастую миноритарные акционеры не могут реализовать значительную часть своих прав.

При корпоративных конфликтах положение миноритарных учредителей является невыгодным в силу того, что не существует универсального пути развития компании, гарантирующего прибыльность и успешность бизнеса. Поэтому акционеры каждой компании пытаются найти тот путь, который поможет их компании добиться положительных результатов. Следовательно, миноритарные учредители практически полностью лишены возможности выйти победителями в корпоративном конфликте, опираясь только лишь на свои акции.

При использовании голосования по каждому кандидату отдельно миноритарные учредители, в принципе, не могут реализовать свое право на формирование органов управления акционерным обществом.

На сегодняшний день для того, чтобы миноритарный учредитель смог защитить свои права, необходимо прежде всего тщательно изучать устав общества, чьи акции лицо собирается приобрести. В частности, обратить особое внимание на положения устава о правах акционеров и положения, касающиеся: порядка увеличения и уменьшения уставного капитала общества; порядка выплаты дивидендов; порядка принятия решений общим собранием акционеров и советом директоров; компетенции общего собрания и совета директоров; количества голосов, необходимых для принятия того или иного решения; порядка совершения обществом крупных сделок и сделок, в которых имеется заинтересованность.

Вообще же эффективным способом защиты прав миноритарных учредителей может стать объединение с другими для выработки единой стратегии с тем, чтобы получить возможность оказывать влияние на решения, принимаемые обществом, и в целом на его деятельность. В одиночку миноритарному учредителю противостоять обществу практически невозможно.

Дата добавления: 2017-01-14 ; Просмотров: 600 ; Нарушение авторских прав? ;

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

Ссылка на основную публикацию