Отселение психически больного

Могут ли выселить психически больного человека

Могут ли выселить психически больного человека? Согласно постановлению Верховного Суда №14 от 02.07.2009 г. каждая ситуация рассматривается в индивидуальном порядке с учетом интересов незащищенных слоев общества. Также к такому процессу могут подключаться прокуратура и органы опеки (ст. 45 и 46 ГПК РФ).

Психически больной человек иногда может не отвечать за действия своих поступков. Сложно жить с такими людьми в одном помещении. Еще тяжелее приходится соседям, потому что они не входят в число родственников, которые могут ограничить его дееспособность.

Однако согласно закону «О психиатрической помощи» человек не может быть ограничен в правах на жилище. Только участники семьи или родственник могут обратиться в суд с ходатайством о признании больного не способного к деятельности ст. 281 ГПК РФ по причине психического расстройства.

Суд выносит постановление о назначении экспертизы психиатрического характера в принудительном порядке. При вынесении решении об установлении лица неспособного к деятельности или ограниченным в деятельности судебные органы ставят в известность опекунский совет, который назначает куратора.

Мать или отец, супруг или супруга, дети, внуки, братья и сестры имеют приоритетное право стать кураторами ст.10. Закона «Об опеке и попечительстве». При назначении куратора учитываются родственные связи, моральные качества, способность выполнять обязательства, если возможно, берется во внимание желание подопечного.

Таким образом, для признания лица психически больным требуется заключение медицинской комиссии, а для признания неспособным к деятельности судебное решение.

В таком случае выселить психически больного человека будет проблематично. Любое действие подопечного будет находиться на контроле службы опеки. Только с разрешения опекунских органов и в его интересах можно совершить продажу, обмен или снятие с регистрации психически больного человека.

Но что делать, когда нет такого заключения и решения суда. У соседа явные признаки расстройства психики, а родственников нет. В этом случае соседям необходимо писать коллективную жалобу в органы полиции или прокуратуры. Эти органы могут ставить вопрос об установлении недееспособности лица в судебном порядке.

Могут ли выселить пенсионеров

Основание для выселения недееспособного (состоящего на учете в психоневрологическом диспансере)

Дети, состоящих на учете по делам несовершеннолетних в детских комнатах милиции, ничем не отличаются от других несовершеннолетних. Нахождение детей на учете в ПДН не является основанием для выселения. Права детей зависят только от того в каком качестве они живут в квартире.

Существуют три варианта:

  1. Ребенок проживает в квартире и является совладельцем жилья.
  2. Ребенок живет вместе с родителями, но не является владельцем части жилья.
  3. Несовершеннолетний живет вместе с родителями в квартире муниципалитета.

В первом случае несовершеннолетнего невозможно лишить прав на жилье ни при каких обстоятельствах. Даже продажа квартиры будет производиться с согласия попечительского совета. Если квартира с малолетними детьми продана, суд может признать сделку ничтожной.

Второй случай тоже сложный. Если несовершеннолетний живет с родителями, которые расторгли брак, а владельцем квартиры является отец, мать теряет право проживания и пользования, но не ребенок. Прекращение брачных отношений между родителями не дает право признавать детей бывшими членами семьи.

Третий случай также не дает оснований для отселения семьи с малолетними детьми ни при каких условиях. При выселении из квартиры по причине образовавшейся задолженности семья с детьми должна быть обеспечена иным жильем.

Таким образом, дети следуют за родителями до 18-летнего возраста. Единственное это то, что дети обретают ограниченную свободу по достижению 14 лет. Они могут совершать мелкие бытовые сделки. Например, устроиться на работу с неполным рабочим днем. Для осуществления крупных сделок, продажи части жилья, оформления дарственной, снятия с регистрационного учета необходимо будет согласие родителей, опекунов.

Защита от выселения с помощью опекунского совета и прокуратуры

Прокуратура обращается в судебные органы с целью защиты жилищных прав малолетних детей на основании ГПК РФ, ЖК РФ, СК РФ. Закон определяет факультативное и обязательное участие прокурорских работников в гражданском процессе.

На основании ст. 45 ГПК РФ представитель прокуратуры вступает в гражданский процесс и дает заключение по делам об отселении. При этом прокурор обязан принять участие в делах об отселении без предоставления жилища.

Защиту прав детей прокуратура осуществляет, руководствуясь СК РФ в случаях:

  • обращения в прокуратуру;
  • совершение незаконных сделок;
  • издание правовых документов с нарушением жилищных прав.

Поводом для осуществления прокурорских проверок служат обращения представителей по закону, кураторов и покровителей.

Служба опеки и попечителей служит сдерживающим фактором при совершении незаконных сделок. Она действует исключительно в рамках защиты интересов детей, недееспособных и ограниченных в действиях лиц.

Как избежать выселения психически нездоровому человеку

Прежде всего, психически больному человеку необходим опекун из числа родственников. Если таких родственников нет, то такое лицо помещается в психиатрический диспансер. В этом случае государство берет защиту его прав и свобод в лице лечебной организации. Она обращается в судебные органы с ходатайством о признании лица неспособного к деятельности.

Конечно, психически больные одинокие люди представляют большой интерес для черных риелторов. Кто в этом случае защитит права. Для этого существует прокуратура, которая проведет проверку и при установлении незаконности сделки обратится в судебные органы.

Кто может быть инициатором такой жалобы? Это могут быть соседи или представители жилищной организации, социальные службы. Если человек чувствует отклонения в психике, он может сам обратиться за медицинской или социальной помощью. До установления его адекватности лечебная организация берет его под свой контроль.

Ответственность опекуна при выселении

Кураторы несут ответственность в соответствии с законом «Об опеке и попечительстве». Основанием является ненадлежащее выполнение обязательств по охране и распоряжению имуществом.

За нарушение законодательства предусмотрена ответственность по административным и уголовным положениям. Это может быть вред имуществу, расходование средств и совершение сделок не в интересах подопечного. Опекунский орган может получить данные о нарушениях из анонимных источников, от подопечных, знакомых, соседей и воспитателей.

На основании ст. 35 Кодекса РФ об административных правонарушениях кураторы привлекаются к ответственности по административным положениям за невыполнение или несоответствующее выполнение обязательств в отношении подопечных лиц.

Отказ в выселении по медицинским показателям

Медицинские показатели бывают различной группы. Одним из таких показателей является группа инвалидности. Наличие первой и второй категории инвалидности является причиной отказа в отселении в любом виде жилья, исключая ипотеку и коммерческое жильё.

Причиной отказа в отселении может быть наличие заболевания, которое нарушит привычный жизненный ритм лица.

Например, при отселении за долги по квартплате в другое жилье, судебные органы примут во внимание гипертонию выселяемого лица, повышенное кровяное давление. Если будет иметься заключение врачей о том, что человек страдает отдышкой и ему трудно передвигаться на дальние расстояния, а жилье находится далеко от социальных служб и лечебных учреждений, то процесс отселения не состоится.

Также это может касаться лиц, болеющих сахарным диабетом. В любых ситуациях решения судебных органов будет приниматься исходя из обстоятельств дела, индивидуально и только при наличии показателей, которые могут быть обеспечены в новом жилье.

Постановление Верховного Суда N 14 о слабозащищенных гражданах

Пленум Верховного Суда обратил внимание судебных инстанций на соблюдение прав и интересов лиц, слабо защищенных в социальном плане. Это инвалиды, малолетние дети, пенсионеры, неспособные лица к деятельности и малообеспеченные граждане.

Если в спорных делах принимает участие одна из этих категорий, то суд, прежде всего, всесторонне изучить обстоятельства дела и дать надлежащую оценку. При принятии решения судебные органы должны защищать интересы слабо защищенных лиц.

Кроме того, в судебном процессе, где затронуты права малолетних, пенсионеров, недееспособных лиц, инвалидов является обязательное участие органов прокуратуры. Данная категория лиц подвержена мошенническим схемам лишения жилой площади. В результате возросло количество лиц без определенного места жительства. Необходима не только правовая защита, но и охрана интересов.

Выселение матери с несовершеннолетним ребенком

Заключение

Любой факт отселения из жилища неприятное событие в жизни. Несмотря на законодательную базу и многочисленные разъяснения Верховного суда, гражданский процесс остается не урегулированный. Нет единой практики применения законодательства, что порождает принятие решений с нарушением законных прав и интересов.

Жилищные дела рассматриваются в судах по несколько лет. Сложность и длительность вызвана соблюдением порядка подачи жалобы в Верховный суд. Без апелляционного решения суда жалоба в высшую инстанцию, Верховный суд, не может быть направлена. Именно категория жилищных споров преобладает в гражданских делах судов всех инстанций.

Если у вас возникли вопросы по теме данной статьи, вы можете задать их в комментариях либо написав дежурному юристу сайта. Также вы всегда можете позвонить нам по телефонам, указанным на сайте. Мы обязательно ответим и поможем.

Уважаемые читатели!

Важно! Проблемы, связанные с жильем, относятся к категории сложных дел. Проконсультируйтесь бесплатно с юристами нашего журнала

8 (800) 350-84-13 доб. 731

Квартира психбольного при переводе в ПНИ

#1 kisych kisych –>

Опять у всплыла эта проблема.

Исходные данные:
1) Есть уже пожилой психбольной, длительное время находящийся на принудительном лечении в психбольнице за несколько тяжких уголовных преступлений (ст. 102 УК СССР). Есть инвалидность по психзаболеванию, но недееспособным НЕ признавался.
2) У него есть в собственности квартира, в которой зарегистрирован и проживает сын со своими несовершеннолетними детьми (дети тоже прописаны там).
3) Больница хочет перевести его в интернат, как я понимаю психоневрологический.
4) Поэтому ненавязчиво, мягко, но настойчиво больница просит сына написать заявление о том, что он (сын) не возражает против такого перевода.

Вопросы:
1) Стоит ли сыну писать такое согласие на перевод? Какие могут быть подводные камни такого завления и перевода? Чувствую подвох. Ведь по пп.4 ст.35 ГК РФ опекуном в таком случае будет являться интернат и, получается, квартира попадет в распоряжение интерната (ст.37, 38 ГК РФ). В ст. 37 также указано что “Порядок управления имуществом подопечного определяется законом”, а в ст. 38 – что назначается управляющий. Каким образом может интернат распорядиться квартирой? Кого обычно назначают управляющим имуществом подопечного? Например, может интернат инициировать выселение членов семьи, а квартиру сдать или продать или вселить кого-нибудь? Как на практике происходит управление жильем больного, если там прописаны его родственники?

2) Перевод в интернат обязательно должен сопровождаться признанием человека недееспособным?

3) Означает ли сам факт перевода в интернат, что он уже не является социальноопасным? Т.е. перед переводом должны будут снять с него меры принудительного лечения в судебном порядке? Больнице по-видимому он просто надоел, но не хочет ли больница перевести ответственность на сына?

Что посоветуете – стоит ли сыну написать такое заявление или лучше воздержаться?

Сообщение отредактировал kisych: 05 Февраль 2009 – 19:54

#2 kisych kisych –>

8. Признание лица недееспособным в судебном порядке

В соответствии со ст.29 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст.ст.281-286 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданин может быть признан в судебном порядке недееспособным.
Перечень документов, необходимых для подачи иска в суд:

1. 4 копии искового заявления (сторонам судебного процесса);
2. копия справки об инвалидности;
3. выписка из домовой книги;
4. копия финансового лицевого счета;
5. госпошлина;

Данный перечень документов подается в суд по месту жительства лица, который признается недееспособным, заинтересованными лицами (родствениками и т.д.), либо по месту нахождения психиатрического учреждения, в который помещен гражданин.
В исковом заявлении должны быть изложены обстоятельства, свидетельствующие о наличии у гражданина психического расстройства, вследствие чего он не может понимать значение своих действий и руководить ими.
Сторонами процесса являются заинтересованное лицо, орган опеки и попечительства, психоневрологический диспансер, прокурор.
Судья при наличии достаточных данных о психическом расстройстве гражданина назначает судебно-психиатрическую экспертизу.
Для подробного разъяснения процедуры признания недееспособности следует обратиться в орган опеки и попечительства муниципалитета (по месту регистрации лица, который будет признан недееспособным).

9. Оформление опеки над лицами, признанными в судебном порядке недееспособными

После получения решения суда, кандидату в опекуны необходимо явиться в психоневрологический диспансер, где недееспособный состоит на учете, где ему будет выдан перечень документов для оформления опеки.
Перечень документов, необходимый для оформления опеки:

1. заявление о назначении опеки;
2. согласие близких родственников;
3. медицина кандидата в опекуны;
4. правоустанавливающие документы на собственность недееспособного;
5. решение суда о признании гражданина недееспособным;
6. справка с места работы кандидата в опекуны;
7. справка о доходах кандидата в опекуны;
8. характеристика (служебная или по месту жительства);
9. копия справки бюро медико-социальной экспертизы об инвалидности;
10. ксерокопия пенсионного удостоверения об инвалидности недееспособного;
11. выписка из домовой книги с места жительства недееспособного и кандидата в опекуны;
12. копия финансового лицевого счета с места жительства недееспособного и кандидата в опекуны;
13. копии паспортов кандидата в опекуны и недееспособного;

После сбора необходимых документов, вопрос об оформлении опеки выносится на заседание комиссии по опеке и попечительству при ПНД.
В случае положительного решения, выписка из протокола заседания комиссии с приложенными документами направляется в орган опеки и попечительства на рассмотрение.

Читайте также:  Паспортизация новостройки

В соответствии со ст.ст. 29, 31, 32, 34-37 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст.10 Закона города Москвы от 04.06.1997 г. № 16 «Об организации работы по опеке, попечительству и патронату в городе Москве» (в редакции Законов г. Москвы от 27.06.2001 № 33, от 29.09.2004 г. № 59), предусматривающих основания назначения и прекращение опеки, на основании выписки из протокола и приложенных документов издается распоряжение руководителя муниципалитета об установлении опеки над недееспособным гражданином.
В случае возникновения спорного вопроса о назначении опеки, он выносится на заседание комиссии по охране прав недееспособных лиц муниципалитета, одним из членов которой является главный врач психоневрологического диспансера.
Документы и удостоверение опекуна передаются в психоневрологический диспансер, где и вручаются опекуну.
Контроль за деятельностью опекуна возлагается на главного врача психоневрологического диспансера.
За жилой площадью, в которой зарегистрирован недееспособный, осуществляется контроль в соответствии с законодательством Российской Федерации.
В дальнейшем все вопросы, касающиеся имущества недееспособного, приватизации квартиры, в которой он зарегистрирован и т.д., разрешаются с участием органа опеки и попечительства.

10. Помещение лиц, признанных в судебном порядке недееспособными в психоневрологический интернат
В случае помещения недееспособного лица в психоневрологический интернат родственниками либо опекуном, психоневрологическим диспансером выдается необходимый перечень документов.
Перечень документов для помещения недееспособного в психоневрологический диспансер:

1. заявление о помещении в психоневрологический интернат;
2. согласие близких родственников на помещение в интернат;
3. решение суда о признании гражданина недееспособным;
4. справка психоневрологического диспансера о том, что недееспособный нуждается в помещении в интернат;
5. правоустанавливающие документы на собственность недееспособного;
6. копия справки бюро медико-социальной экспертизы об инвалидности;
7. выписка из домовой книги с места жительства недееспособного;
8. копия финансового лицевого счета с места жительства недееспособного;
9. копия пенсионного удостоверения об инвалидности недееспособного;
10. копии паспортов недееспособного и лица помещающего в интернат;

Вопрос помещения в интернат также выносится на заседание комиссии по опеке и попечительству при ПНД. После чего выписка заседания комиссии с документами направляются на рассмотрение в орган опеки и попечительства.
В соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации руководителем муниципалитета издается распоряжение о помещении недееспособного в интернат. В этом случае обязанности опекуна возлагаются на администрацию психоневрологического интерната, в который гражданин будет помещен.
В случае наличия в собственности недееспособного выделенной доли имущества, издается распоряжение руководителя муниципалитета о назначении доверительного управления имуществом недееспособного и оформляется договор доверительного управления имуществом недееспособного, который урегулирован ст.ст. 29, 38, 301-305, 1012-1026 Гражданского кодекса Российской Федерации, и является обязательным условием помещения недееспособного в интернат.
Сторонами договора являются муниципалитет и заинтересованное лицо.
Договор регистрируется в Управление Федеральной регистрационной службы по г. Москве, по адресу: г. Москва, Зеленый проспект, д.30, в течении месяца после сдачи необходимых документов.
Для сдачи договора на регистрацию необходимы следующие документы:

1. 3 зкземпляра договора (для каждой стороны);
2. заявление установленной формы;
3. правоустанавливающие документы на собственность недееспособного;

1. справки БТИ (экспликация, поэтажный план, справка об оценочной стоимости);
2. решение суда о признании гражданина недееспособным;
3. распоряжение руководителя муниципалитета о назначении доверительным управляющим имущества недееспособного;
4. госпошлина;

Процедура получения путевки в психоневрологический интернат, разъясняется психоневрологическим диспансером и Управлением социальной защиты населения района.
Если доля недееспособного не выделена и является совместной собственностью с другими членами его семьи, то договор доверительного управления имуществом недееспособного может быть заключен только в случае определения его доли (в нотариальном или судебном порядке).

В случае наличия в собственности недееспособного выделенной доли имущества, издается распоряжение руководителя муниципалитета о назначении доверительного управления имуществом недееспособного и оформляется договор доверительного управления имуществом недееспособного, который урегулирован ст.ст. 29, 38, 301-305, 1012-1026 Гражданского кодекса Российской Федерации

И как это на практике выглядит? Кого обычно назначают управляющим? Реально в результате членам семьи больного лишиться квартиры? Хочу оценить риски. Пока склоняюсь к тому, что сыну не стоит давать согласие на помещение в интернат (тем более еще до признания его недееспособным).

Также непонятен следующий момент:
В интернат не могут помещаться социальноопасные. Значит перед переводом в интернат должны быть в судебном порядке прекращены меры принудительного лечения? Если это так, то они с огнем играют.

Сообщение отредактировал kisych: 05 Февраль 2009 – 19:22

Отселение психически больного

В ряде случаев государственные органы совершенно не заинтересованы в защите прав больного.
Сотрудникам Ассоциации удалось защитить имущественные права семьи больного С, 1952 года рождения, художника по профессии. Больной, его жена, 9-летний сын и свекор проживали в двухкомнатной квартире в центре г. Киева. Дом, в котором расположена эта квартира, был куплен фирмой у городской администрации. Семье не предоставляли соответствующую цене жилплощадь и настаивали на принудительном судебном отселении семьи. Государственная администрация требовала принудительно направить С. на судебно-психиатрическую экспертизу, т.к. он неоднократно лечился в психиатрической больнице. На этом основании оспаривалась выданная им жене доверенность на ведение дела о получении жилья. При этом у пожилого отца больного брались многочисленные расписки о его согласии на отселение.

Комиссия АПУ изучила медицинскую документацию С. (три стационарные истории болезни, амбулаторную карту ПНД) и освидетельствовала больного. Сотрудники Ассоциации оказали психотерапевтическую помощь больному, его жене и отцу; было отмечено, что после переживаний, связанных с судебным процессом, у него после 20-летнего улучшения психического состояния наступило ухудшение, он дважды поступал на стационарное лечение в 1998 г., была дана рекомендация о проведении судебно-психиатрической экспертизы. В 1999 г. СПЭК пришла к заключению, что С. имеет право поручить своей жене вести его дело в суде. Врач Ассоциации присутствовала в суде и выступала в защиту прав больного и его семьи.

Таким образом, государственные органы, будучи заинтересованы в жилье пациента и не считаясь с вредом для его здоровья, на протяжении длительного времени создавали для него тяжелую психотравмирующую ситуацию. Во избежание этого, больной выдал доверенность на ведение дела в суде своей жене. После последнего стационарного лечения была проведена СПЭК, больной был признан дееспособным, имеющим право доверять защиту своих прав жене. Требование государственной администрации о повторной принудительной СПЭК было неправомерным.
Вопрос разрешился адекватным удовлетворением прав больного и его семьи.

Еще один аналогичный пример. В данном случае незаконные требования дочери больного поддержала психиатрическая служба и народный суд.
З., 1925 года рождения, житель г. Севастополя, обратился в Ассоциацию с просьбой «спасти его от психиатрии». Прослужил на флоте 43 года, участник Великой Отечественной войны — сухопутный флот, матрос на Черноморском и Балтийском флотах, затем был офицером, командиром корабля. После окончания Высшей морской академии командовал различными кораблями, возглавлял кафедру в Высшем военном училище, был главным специалистом по экологии, заместителем генерального директора. После оформления пенсии трудовую деятельность не прекратил, до обращения в АПУ продолжал работать директором общежития (в Ассоциацию представил трудовую книжку). На протяжении всего времени работает без перерывов, имеет награды. Во время службы получил квартиру в центре города, приватизировал ее. В 1997 г. умерла жена З. Его дочь с мужем и сыном проживают в такой же квартире отдельно. З. рассказал, что в 1998 г. зять потребовал оформить дарственную на квартиру, в противном случае грозил «упрятать в психиатрическую больницу». Врач, прибывшая обследовать З3. по просьбе зятя, заявила, что хочет выяснить: «являетесь ли вы вменяемым!».

В последующем З. от начальника РОВД узнал, что его поставили на учет в психиатрический диспансер в июне 1998 г., хотя никогда ранее он нигде не лечился, к психиатрам и наркологам не обращался.

В сентябре 1998 г. З. по собственной инициативе прошел обследование в гарнизонной военно-врачебной комиссии. Заключение о том, что З. здоров, подписали: главный психиатр МВС Украины, начальник отделения военнослужащих и военнообязанных, начальник военно-врачебной комиссии.
Однако З. начали третировать и заявлять, что вынесено решение суда о принудительной стационарной судебно-психиатрической экспертизе.

Тогда З. приехал в г. Киев, в Ассоциацию психиатров Украины.
Сотрудники Ассоциации связались с главным психиатром г. Севастополя, с главным врачом психоневрологического диспансера и выразили свое мнение по поводу неправомерных действий врачей и явного характера преднамеренности неэтичных действий родственников.

29 октября 1998 г. З. был освидетельствован комиссией врачей — экспертов Ассоциации. Комиссия пришла к заключению, что З. «психическим заболеванием и хроническим алкоголизмом не страдает и в проведении стационарной судебно-психиатрической экспертизы не нуждается. По своему психическому состоянию в настоящее время может правильно понимать характер и значение своих действий и руководить своими поступками. Имеющиеся характерологические особенности не должны трактоваться как болезненные нарушения психики».
В последующем, по нашим сведениям, вопрос был решен в пользу З.

Приведенный случай — очередной пример психологии стяжательства и обогащения за счет близких, нежелания считаться с заслугами отца и его психологическими переживаниями.

В этом случае по непонятным причинам (хотя есть сведения, что свекровь дочери — крупный медицинский чиновник в масштабах города) противозаконные действия дочери поддерживала психиатрическая служба и народный суд.

Депутаты защитят жильцов коммуналок от психов и больных кишечным свищом

Депутат Галина Хованская внесла ряд поправок в Жилищный кодекс РФ, которые могут упростить процедуру приобретения освобождающейся в коммунальных квартирах жилплощади, а также защитят россиян от подселения в коммуналки больных с психическими расстройствами, активной формой туберкулеза и кишечным свищом. Эксперты считают, что для уничтожения коммуналок как класса депутатам пора переходить от косметических мер к более радикальным.

Галина Хованская внесла в Жилищный кодекс РФ сразу несколько поправок. Одна из них позволит жильцам коммунальных квартир упростить процедуру приобретения освобождающейся в ней жилплощади. Как сказано в пояснительной записке к законопроекту «О внесении изменений в статью 59 Жилищного кодекса РФ», изменение части 3 статьи 59 ЖК РФ направлено на снятие содержащегося в действующей редакции ограничения права граждан на приобретение в собственность по договору купли-продажи освободившегося жилого помещения в квартире коммунального заселения, где они проживают, но обеспечены общей площадью жилого помещения на одного человека более нормы предоставления.

«Новой частью 5 статьи 59 Кодекса устанавливается, что если в коммунальной квартире освобождается комната, смежная с комнатой, занимаемой другим нанимателем, то освободившаяся комната предоставляется именно этому нанимателю. Принятие законопроекта будет способствовать ликвидации квартир коммунального заселения»,— говорится в документе.

«Нет» больным соседям!

Также Галина Хованская внесла в Госдуму законопроект «О внесении изменения в статью 30 Жилищного кодекса РФ», согласно которому статья дополняется пунктом 21, ограничивающим право собственника жилого помещения в коммунальной квартире на предоставление его во владение и (или) в пользование. Согласно предлагаемым поправкам, эти действия не допускаются, если «в результате вселения граждан общая площадь соответствующего жилого помещения составит менее нормы предоставления, а также если в это жилое помещение вселяется гражданин, страдающий одной из тяжелых форм хронических заболеваний».

Прямым текстом

Как сказано в пояснительной записке к законопроекту, в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются граждане, проживающие в квартире, занятой несколькими семьями, если в составе семьи есть больной, страдающий тяжелой формой хронического заболевания, при которой совместное проживание с ним в одной квартире невозможно, и не имеющим иного жилого помещения.

Во исполнение статьи 51 ЖК РФ постановлением правительства РФ от 16.06.2006 г. № 378 утвержден перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире.

Данная формулировка п. 4 ч. 1 ст. 51 Кодекса не вызывает сложностей в правоприменении в отношении тяжелобольных граждан, проживающих в квартирах коммунального заселения, однако указание на то, что квартира должна быть занята несколькими семьями, допускает неоднозначное толкование, что приводит к нарушению прав указанной категории граждан, проживающих в отдельных квартирах. Согласно данной формулировке тяжелобольные граждане, проживающие в однокомнатной квартире или в квартире со смежными комнатами в составе одной семьи, не подлежат постановке на учет нуждающихся в жилых помещениях в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 51.

Учитывая, что в указанный перечень вошли наиболее тяжелые заболевания, при которых необходимо иметь возможность изолировать такого больного, как в его интересах, так и в интересах иных проживающих в жилом помещении граждан, основным критерием для принятия решения о признании граждан нуждающимися в жилых помещениях должно быть не количество семей, проживающих в квартире, а невозможность выделить такому больному изолированное жилое помещение в отдельной квартире.

Как сообщила GZT.RU Галина Хованская, в настоящий момент на рынке жилья нет никакого запрета, касающегося сдачи квартир в коммуналке в поднаем. «Любой может подселить к себе арендаторов с тяжелыми болезнями вплоть до открытой формы туберкулеза. Речь не идет об инвалидах, сердечниках и т.д.— только люди с тяжелыми заболеваниями. С принятием этих поправок у людей появится возможность обжаловать действия соседей и т.д.»,— объяснила Хованская, добавив, что ей часто поступают жалобы на соседей, которые сдают свои комнаты психам. Таким образом они пытаются выжить «конкурентов» по коммуналке и занять освободившиеся помещения.

Читайте также:  Ветхое аварийное жилье

Коммунальные столицы

Сегодня коммуналки составляют около 10% всего жилищного фонда России. Только в Москве в таких квартирах проживает около 300 тыс. человек, столько же в Санкт-Петербурге, хотя официальная статистика эти данные не подтверждает. Ведь юридически многие квартиры не считаются коммунальными, но по факту в них проживает несколько семей. И хотя власти Санкт-Петербурга ежегодно отчитываются, что расселяют коммуналки тысячами, Галина Хованская опровергает их статистические выкладки: «В Питере непробиваемая ситуация. Там самые махровые коммуналки, которые десятилетиями никто даже не пытается расселить»,— рассказывает депутат.

Путем внесения законопроектов депутаты и пытаются защитить граждан. По словам Галины Хованской, на следующей неделе мы можем ожидать еще целой серии поправок, которые она собирается вносить в Жилищный кодекс. «Ранее мою инициативу по внесению поправок просто отклонили без какого-то заключения— как положительного, так и отрицательного. Один из поводов для отклонения заключался в том, что поправки были поданы не от того субъекта законодательной инициативы»,— говорит депутат. Галина Хованская пока не знает, когда они будут рассмотрены, сначала надо внести еще дополнительные поправки. Она отказалась раскрывать их содержание, предложив всем сохранять интригу.

Из общежития в коммуналку

В эфире Сити-FM Галина Хованская прокомментировала тему переселения властями людей из общежитий в комнаты в коммуналках. «Дело в том, что в старом ЖК РСФСР была норма, что людям при переселении предоставляют квартиры по нормам. И поэтому то, что сейчас ЖК допускает такое переселение, может быть обжаловано, но надо обжаловать его в Конституционном суде. Вот если найдутся такие смелые люди, которые придут с судебным решением об обжаловании переселения из коммуналки в коммуналку и являются социальными нанимателями, не собственниками, то я готова им помочь сформулировать эти требования в Конституционном суде. То есть нужно посмотреть норму старого ЖК РСФСР, норму нового ЖК и ст. 55 Конституции РФ, где говорится, что не могут в России приниматься законы, отменяющие или умаляющие права граждан. Я думаю, что все-таки нам удастся эту ситуацию переломить. И уже меняется законодательство, я такой проект внесла, что хотя бы тем, кто состоит на учете об улучшении жилищных условий, жилье при переселении предоставляется по нормам, независимо от того, собственник этот человек или наниматель»,— говорит Хованская. По ее мнению, надо хотя бы частично восстановить эту несправедливость в отношении тех людей, которые живут в жутких условиях до переселения и остаются в таких же условиях после переселения.

«Резать к чертовой матери»

Между тем участники рынка недвижимости довольно скептично отнеслись к инициативе Галины Хованской по спасению россиян от коммуналок. Так, адвокат Олег Сухов посчитал, что данные законопроекты можно было бы вообще не вносить на рассмотрение Госдумы, так как они никаким образом не отразятся на уровне жизни жильца коммуналки.

«Будем реалистами: чтобы расселить коммуналку из трех семей, нужно еще как минимум получить две квартиры. Что же мешает нашим властям направить средства из бюджета на стройку, для решения этой проблемы? Я согласен с депутатами в части благих намерений, но хотелось бы получить от них реальные предложения, не полумеры. Получается, что мы опять пытаемся строить коммунизм!» — возмущается аналитик рынка недвижимости Юрий Бекетов.

По его словам, в Санкт-Петербурге действительно сложная ситуация, так как этот город сам по себе является городом коммуналок и застраивался своего рода доходными домами с небольшими квартирами-комнатами для мелких чиновников. «И если в Москве большая часть бывших „барских“ хором-коммуналок уже расселена состоятельными москвичами, то в Питере сложно найти нового „барина“ для расселения большой коммуналки в центре. Конечно, можно пойти по пути Бразилии или Казахстана для решения данной проблемы и полностью снести старый фонд и отстроить столицу заново, но, боюсь, нам не позволит это сделать зачастую неважное состояние коммуникаций во многих центральных районах как Москвы, так и Санкт-Петербурга»,— считает Бекетов.

Что делать и куда пожаловаться, если сосед психически больной и неадекватно себя ведет

Граждане, которые ведут себя неадекватно, пугают людей и нередко могут приносить вред. Если сосед является психически больным человеком (на это должна быть справка), то его могут госпитализировать по обращению соседей. В случае, если справки нет, его поведение считается просто девиантным, поэтому стоит вызвать участкового или полицию.

Как правильно защититься от психически нездоровых соседей

Сначала необходимо узнать всю информацию о здоровье соседа. Если лицо психически нездорово, у него должно быть подтверждение этому. Необходимо, чтобы подтверждение было одновременно и медицинским, и юридическим.

Гражданин должен состоять на учете в психоневрологическом диспансере и наблюдаться у врачей. Кроме этого, стоит поинтересоваться о наличии опекуна у индивида (если он есть, значит, лицо признано судом ограниченно или полностью недееспособным). Собрать самостоятельно информацию о психическом состоянии другого человека в психоневрологическом диспансере не получится, так как информация является конфиденциальной. Это можно сделать только при содействии правоохранительных органов. Фиксировать доказательства неадекватности соседа можно с помощью камер (если такие установлены в подъезде).

В случае, если лицо состоит на учете в психоневрологическом диспансере и ведет себя буйно — смело вызывайте психбригаду.

Стоит отметить, что лучше записывать все разговоры с гражданином, так будут доказательства неадекватного поведения лица.

Закон

При правовых отношениях, которые возникают в данной сфере, актуальным регулятором будет Закон РФ от 02.07.1992 № 3185-1 (ред. от 03.07.2016) «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Данный закон регламентирует положения о том, что медицинское освидетельствование может происходить и в тех случаях, когда лицо не давало согласия, так же как и опекун.

Для этого существуют определенные основания:

  1. Лицо представляет опасность для окружающих и себя самого;
  2. Лицо является беспомощным и удовлетворение необходимых жизненных потребностей для него представляется невозможным;
  3. Лицо причинит себе вред, если не будет предоставлена помощь.

Именно этим нормативным правовым актом будут руководствоваться правоохранительные органы и врачи при вызове.

Стоит отметить, что статья 25 данного закона закрепляет порядок подачи заявления и принятия решения о психиатрическом освидетельствовании лица без его согласия или без согласия его законного представителя, что является очень важным моментом.

Скачать для просмотра и печати:

Куда пожаловаться, если психически сосед не здоров

Для решения данной проблемы существует несколько способов. Среди них самыми эффективными признаны обращение к участковому или вызов дежурного наряда полиции (можно выбрать одно из двух). В случае, если сосед оскорбляет, причиняет вред здоровью или имуществу — подается заявление в полицию, где обратившемуся гражданину выдадут талон.

Это необходимо для того, чтобы лицо могло доказать, что обращалось в органы внутренних дел, но не получило помощь (если такое произойдет).

Еще один способ — вызов психбригады. Этот способ является наиболее уместным. Только благодаря ему можно обезвредить гражданина.

Важно! Только психбригада может госпитализировать шумного соседа в стационар.

Крайним случаем решения проблемы служит заявление, которое соседи должны подать в психоневрологический диспансер. Заявление должно писаться на имя главного врача учреждения. Получив заявление, представитель медицинской организации составляет административный иск. После этого суд при наличии на то законных оснований и достаточных фактических данных примет решение о госпитализации больного гражданина.

После госпитализации и прохождения полного курса лечения в стационаре, гражданина все равно выпустят домой. Поскольку длительно его там удерживать без специального судебного акта никто не вправе. Если случается рецидив, то необходимо повторить все шаги, которые были предприняты до этого. После чего шумного соседа госпитализируют повторно. Это актуально в том случае, если человек действительно опасен для окружающих.

Советы юристов

Большинство юристов советуют фиксировать и предоставлять непосредственно юридические факты. К таким будут относиться показания с записей видеокамер и диктофона. Однако суд сам определит, учитывать записи или нет. Судья точно учтет их только в том случае, если лицо, поведение которого фиксировали таким образом, было на это согласно. Если фиксировать случаи неадекватного поведения соседа на камеру — шансы выиграть судебное заседание значительно повышаются.

Для сведения! Видеозапись окажется полезной для сотрудников сразу двух инстанций: правоохранительных органов и медицинских работников.

Если сосед нарушает тишину после 23.00, то полицию необходимо вызвать в любом случае, так как это нарушения уровня шума, установленного нормативными правовыми актами РФ. В таком случае, с него будут взыскивать еще и за этот проступок, главное его зафиксировать с помощью составления протокола. Данные правоотношения регулируются в основном региональным административным законодательством, которое закрепляет положения о том, что человек, проживающий в МКД , может (не превышая допустимого уровня шума) смотреть телевизор или, к примеру, слушать музыку до с 7 утра до 23 часов вечера.

Однако это не распространяется на граждан, которые состоят на учете в психдиспансере, так как к административной ответственности они не привлекаются по причине их невменяемости.


Как власть имущие отнимают жилье у психически больных

27.03.2014 в 19:04, просмотров: 31824

Существует распространенное заблуждение: самый выгодный источник дохода — нефтяное месторождение. Ну что вы! Нефть есть не везде. Имеется куда более простое и испытанное средство обогащения: психически больные люди. Быстро, недорого и надежно. И работает безотказно.

Есть в Чеховском районе Московской области известная московская психиатрическая больница №5. По решению суда туда направляют на принудительное лечение людей, совершивших общественно опасное деяние.

Убийство, совершенное здоровым человеком, называется преступлением, а убийство, совершенное психически больным, и есть общественно опасное деяние.

И вот выяснилось, что в МПБ №5 есть и такие пациенты, которым давно следовало бы вернуться домой, так как они уже не представляют опастности для общества. Но возвращаться им некуда.

Оставить без рассмотрения

Андрею Анатольевичу Городову сорок лет. Он инвалид II группы по психическому заболеванию. В 2009 году по постановлению суда был направлен на принудительное лечение. Ни родных, ни близких у него нет, зато была 2-комнатная квартира по адресу: улица Голубинская, дом 7, корпус 5, квартира 63.

В сентябре 2007 года, находясь под следствием, Андрей Анатольевич почему-то подарил свою квартиру Анне Викторовне Шуйской, которую он видел впервые в жизни. По словам Городова, сделать это его вынудил участковый милиционер ОВД по району Ясенево Михаил Турунов.

Экспертная комиссия установила, что Городов страдает хроническим психическим заболеванием, развившимся задолго до 2007 года, и в период совершения так называемого договора дарения отчета своим действиям не отдавал.

Администрация больницы направила запрос в Черемушкинскую прокуратуру.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, утвержденного старшим УУП отдела МВД по району Ясенево М.М.Снитко в сентябре 2011 года, следует, что с сентября 2007 года собственником квартиры является А.В.Шуйская, которая, с ее слов, заключила с Городовым договор дарения на половину его квартиры. А вторую половину Городов решил продать, для чего подписал доверенность на имя все той же гражданки Шуйской.

Городов объяснил, что после возбуждения уголовного дела его паспорт находился у участкового, который сказал, что вернет документ, если Городов даст ему 500 рублей. Денег не оказалось. Участковый уволился, а тот, кто его сменил, сказал, что документ якобы потерян, и выдал новый. В то же время новый участковый познакомил Городова с гражданкой Шуйской, представив ее как социального работника. На самом же деле Анна Викторовна Шуйская — жена оперуполномоченного ОВД по району Ясенево.

Шуйская пояснила, что решила купить квартиру и обратилась к риелтору, которая и познакомила ее с Городовым. Никаких признаков психического расстройства она у Городова не заметила, поэтому считает, что он обратился в правоохранительные органы с ложным заявлением в корыстных целях.

В ходе проверки риелтора, вот надо же, найти не удалось, а нотариус Т.И.Дубровина, заверившая доверенность Городова на имя Шуйской, давать объяснения отказалась.

В настоящее время Городов зарегистрирован в квартире вместе с В.Х.Габуевым и его женой О.Ю.Вовк — он этих людей не знает.

В апреле 2012 года в Черемушкинский суд поступило исковое заявление Городова об отмене договора дарения и признании сделки купли-продажи его квартиры недействительной.

На днях в больницу прислали определение суда от 7 февраля 2014 года об оставлении искового заявления А.А.Городова без рассмотрения в связи с его неявкой в судебное заседание. Видимо, в суде не знают о том, что человек, находящийся в психиатрической больнице на принудительном лечении, выйти из нее, чтобы посетить суд, не имеет возможности.

Ликбез для чиновника

Владимир Федорович Мазнев, 1953 года рождения, находится на принудительном лечении уже 34 года.

Он один прописан в трехкомнатной квартире по адресу: Волгоградский проспект, дом 127, корпус 1, квартира 39.

В сентябре 2011 года сестра Мазнева сообщила ему о том, что в его квартире живут какие-то люди. Администрация больницы обратилась в ДЭЗ района Кузьминки с просьбой выслать квитанцию об оплате квартиры Мазнева и выписку из домовой книги. Оказалось, что в квартире вместе с Мазневым зарегистрирована семья некого Александра Александровича Пашкова, то есть сам Пашков, его жена Евгения и их дочь Екатерина.

Читайте также:  Лес на землях поселений

Мазнев написал в ОВД Кузьминки заявление о проведении проверки и выселении нелегальных жильцов.

Из ответа начальника отдела МВД по району Кузьминки Ю.Н.Павлова стало известно, что «жилая площадь по указанному адресу передана для проживания третьим лицам на основании распоряжения префекта №4791 от 22 декабря 2010 года, договора краткосрочного найма жилого помещения, заключенного от имени и.о. начальника управления Департамента жилищной политики Москвы в ЮВАО А.Ухарова. Поясняю вам, что выселение граждан из жилых помещений не входит в компетенцию полиции».

То есть префект ЮВАО в приступе благотворительности в декабре 2010 года разрешил приехавшей из Тверской области семье Пашковых вселиться в квартиру Мазнева. В квартиру, напомню, в которой находились личные вещи хозяина и т.п.

В апреле прошлого года администрация больницы направила письмо начальнику управления департамента жилищной политики в ЮВАО М.В.Макарову. В письме говорилось, что на заявление пациента больницы ответ так и не поступил.

Спустя несколько дней господин Макаров откликнулся: он написал, что в соответствии с ФЗ от 2 августа 1995 года «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста» пожилые граждане и инвалиды, проживающие в стационарных заведениях социального обслуживания, имеют право на сохранение занимаемых по договору соцнайма жилых помещений лишь в течение 6 месяцев… Учитывая изложенное, написал начальник управления, просим решить вопрос оформления Мазневу В.Ф. регистрации по месту его фактического проживания с 1980 года по адресу психиатрической больницы №5 и о результатах сообщить в управление.

Трудно поверить в то, что руководитель управления крупнейшего столичного департамента не знает разницы между психоневрологическим интернатом и больницей закрытого типа, где психически больные люди не живут, а находятся на принудительном лечении по решению суда!

Иными словами, господин Макаров попросил как можно быстрей прописать Мазнева в этой больнице. Следующий шаг: прописка в тюрьме. А почему нет?

Что же касается распоряжения префекта ЮВАО о сдаче внаем жилья, в котором прописан психически больной человек, — из него следует, что все мы, больные и здоровые, в глазах чиновников являемся недвижимостью, с которой можно делать все что угодно.

Крыша для участкового

Виктор Викторович Животягин, 1973 года рождения, поступил в больницу в ноябре 2002 года. Психически болен с 1995 года.

Животягин прописан в отдельной 2-комнатной муниципальной квартире по адресу: Капотня, 5-й квартал, дом 12, квартира 89.

Квартиру опечатали. А спустя четыре года на имя больного пришло платежное извещение, из которого следовало, что в квартире проживают два человека. Началась переписка с учреждениями.

В мае 2007 года в больницу поступило сообщение из ОВД Капотня, где говорилось, что квартира Животягина на основании распоряжения префекта ЮВАО передана по договору краткосрочного найма участковому уполномоченному А.И.Бурову. А для решения вопроса о возвращении Животягина в его квартиру посоветовали обратиться в департамент жилищной политики ЮВАО.

Содержание последующей переписки больницы со всевозможными инстанциями опускаю. В июне 2008 года выяснилось, что квартира больного остается занятой.

Администрация больницы снова направила письмо в департамент жилищной политики ЮВАО — в ответ была получена копия договора найма жилья Животягина согласно распоряжению префекта ЮВАО №1453 от 2 апреля 2008 года.

Далее — продолжение переписки.

В марте 2013 года в ОВД по району Капотня было отправлено заявление В.В.Животягина с просьбой проверить, проживает ли кто-нибудь в его квартире.

В июне из ОВД пришел ответ: установить посторонних граждан в квартире Животягина не представилось возможным, так как квартиру никто не открыл, а опрос соседей ничего не дал. И если вспомнить, что в квартире Животягина уже 7 лет проживает участковый уполномоченный А.И.Буров, все сразу становится на свои места. И квартиру никто не откроет, и соседи ничего не вспомнят.

Поддельный родственник начинает и выигрывает

Владимиру Анатольевичу Федорову 54 года. На принудительном лечении находится с октября 2009 года.

Федоров является единственным владельцем квартиры на улице Пивченкова,7. Раньше там была зарегистрирована и мать Федорова, но в 2012 году она умерла. И оказалось, что квартиру Федорова кто-то сдал.

Дорогомиловский прокурор обратился в суд в интересах Федорова.

И там выяснилось, что в квартире Федорова проживают В.С. Харитонова, С.В. Черкесова, П.Н. Куликов и Ю.П. Волгужев. Владелец квартиры в глаза их не видел и не знает, кто они такие, а они утверждали, что оказались в пустующей квартире на основании устной договоренности с неким Александром, который якобы является родственником Федорова. «Родственник» сдавал не принадлежащую ему квартиру за 25 тысяч рублей в месяц.

Ответчики в суд не явились, никаких документов на право пользования квартирой психически больного В.А. Федорова они не представили. И в сентябре 2013 года решением суда иск прокурора о выселении четырех самозваных жильцов был удовлетворен.

Решение не исполняется. Двое выселились, а двое остались. А почему бы и нет? Их ведь никто не беспокоит, а решение суда для них – просто бумажка. Со слов работников районного ПНД, один из оставшихся жильцов сказал, что обязательно приедет в «Белые столбы» и подпишет с Федоровым договор о проживании в его квартире – до сих пор едет.

Отсутствует пунктик

Александр Юдасин был прописан по адресу: Москва, проезд Кадомцева, 5-2-75. На принудительном лечении находится с 2007 года.

При обмене паспорта больного администрация обратилась в милицию с просьбой поставить штамп о его регистрации. И тут выяснилось, что еще в 2006 году кто-то приватизировал его 2-комнатную квартиру и выписал Александра Борисовича из Москвы в деревню Аршиницы Урганского района Смоленской области, а в его квартире проживает семья Лукьяновых.

Пришлось искать защиты в прокуратуре Москвы, которая инициировала проверку, а затем предъявила в Останкинский суд иск о признании недействительным договора купли-продажи квартиры Юдасина и выселении семьи Лукьяновых.

Решением Останкинского суда от 24 июня 2009 года приватизация и договор купли-продажи квартиры Юдасина были признаны недействительными. Однако при попытке зарегистрировать пациента по прежнему адресу из ОУФМС «Ростокино» пришел отказ, поскольку в решении Останкинского суда отсутствует пункт о том, что Юдасина следует зарегистрировать по прежнему месту жительства.

Дайте нам справку о том, что вам нужна справка… Администрация больницы продолжает переписку с компетентными органами.

Ну зачем бомжу квартира?

Олег Ленидович Шевцов потерял московскую прописку в связи с очередной судимостью еще в далеком 1979 году. То есть на принудительное лечение он прибыл как лицо без определенного места жительства.

В конце концов больнице удалось получить жилье для Шевцова — и в 2007 году его на пять лет зарегистрировали в однокомнатной квартире.

Квартиру по адресу: улица маршала Чуйкова, 22-2-80, Шевцов регулярно оплачивал из своей пенсии.

Осенью 2012 года медсестра отделения поехала проверить, все ли там в порядке. И оказалось, что в квартире давно проживают посторонние люди.

Написали заявление в Кузьминскую межрайонную прокуратуру, прокуратура поручила ОВД Кузьминки провести проверку. Что вы думаете: участковый никаких следов пребывания посторонних лиц не обнаружил!

Тогда Шевцов обратился в департамент жилищной политики с просьбой о продлении договора социального найма квартиры, что положено по закону. Однако летом 2013 года известный нам начальник управления департамента жилищной политики в ЮВАО М.В.Макаров в очередной раз сослался на то, что больной проживает в «стационарном учреждении социального обслуживания», то есть жильем он, как говорится, обеспечен в лучшем виде.

Главный врач больницы написал М.В.Макарову: «Отменив договор социального найма жилого помещения от 18 августа 2003 года, а в дальнейшем не продлив договор безвозмездного использования на жилое помещение… больной Шевцов, инвалид II группы, приобретает статус бомжа…»

6 марта 2014 года М.В.Макаров поставил в затянувшейся дискуссии жирную точку: «Департамент считает нецелесообразным продлевать договор безвозмездного пользования с Шевцовым О.Л. на жилое помещение… При невозможности дальнейшего его пребывания в вашем лечебном учреждении одним из возможных вариантов решения вопроса может быть его помещение в психоневрологический интернат под постоянное наблюдение».

Хлопаешь глазами и слов не подберешь.

По закону О.Шевцову обязаны предоставить жилье — и это единственный вариант решения вопроса, а не один из вариантов, как изящно выразился М.В.Макаров. Но чтобы не давать драгоценную московскую квартиру психически больному человеку, можно устроить затяжную дискуссию с главным врачом больницы — глядишь, вопрос решится сам собой, ведь больные нередко умирают…

Бомба в тетрадке

История Виктора Николаевича Оленева — это сюжет для фильма, который, без сомнения, получит главный приз на главном кинофестивале мира.

Психический больной В.Н.Оленев жил один в 2-комнатной квартире на улице Свободы, 83-3-84. В один прекрасный день он поехал в редакцию большого литературного журнала, чтобы показать свои стихи.

Он долго сидел в приемной, а в 18 часов сотрудник редакции вышел и сказал ему, что рабочий день закончен и он уже не успеет ознакомиться с рукописью. Ну, не беда. Мы вам обязательно позвоним. И Виктор Николаевич поехал домой и пять суток сидел у телефона, ожидая звонка.

К этому времени у него закончился хлеб, а пенсию еще не принесли. И он решил пойти в ближайшую булочную и попросить у знакомой продавщицы 100 г хлеба. А чтобы она не подумала, что он лентяй и бездельник, Оленев прихватил с собой толстую тетрадку с романом, над которым давно трудился. И вот, войдя в булочную, он сказал продавщице: у меня здесь бомба! Он-то имел в виду будущий успех своего замечательного произведения, а дама взяла, да и вызвала милицию. И в августе 2013-го Оленева признали виновным в заведомо ложном сообщении о террористическом акте, статья 207 УК РФ. А поскольку Оленев психически больной, от ответственности за уголовное деяние он был освобожден и направлен на принудительное лечение в ПБ №5.

И вот в феврале 2004 года от имени Оленева кто-то выдал две доверенности на имя некой Ю.С.Шустовой, а также сотрудников УДЖП и ЖФ СЗАО Е.К.Рогачевой, Е.В.Куликовой, И.А.Калашниковой и О.А.Егоровой для оформления приватизации, удостоверенные нотариусом Москвы Н.В.Буровой.

В марте 2004 года на имя Оленева было оформлено право собственности на квартиру, а в апреле того же года заключен договор купли-продажи с Зиядом Багировым и его женой Марией Карповой.

В марте 2006 года Багиров и Карпова продали квартиру Оленева Наталье Сергеевне Поняевой.

Потом в больницу приехал следователь, а по факту мошенничества с квартирой Оленева возбудили уголовное дело. Согласно заключению почерковедческой экспертизы, договор купли-продажи, а также доверенности от имени Оленева, заявление о регистрации сделки с квартирой и расписка о получении документов выполнены не Оленевым.

В феврале 2010 года Тушинский суд вынес решение о выселении Н.Поняевой из квартиры Оленева. Однако Поняева обжаловала это решение. И вот уже два года администрация больницы не может добиться ответа из Мосгорсуда и ничего не знает о приключениях мадам Поняевой, которая ожесточенно борется за квартиру Оленева.

Виктор Николаевич Оленев не представляет никакой опасности для общества и никогда, конечно, не представлял. Уже много лет назад он мог быть выписан из больницы, но у него украли квартиру. И если мадам Поняева одержит в этой борьбе верх, он до конца своих дней останется в больнице, потому что больше ему идти некуда.

А всего таких обворованных и обездоленных больных в психиатрической больнице №5 одиннадцать человек.

Каждая история представляет собой образец изощренного издевательства над психически больным человеком с участием сотрудников правоохранительных органов, работников жилконтор, чиновников, нотариусов и т.д.

Ничего неразрешимого, необъяснимого или загадочного в этих историях нет, и никогда не было. Все очень просто: пользуясь беспомощным состоянием человека и его длительным отсутствием, квартиры продают, сдают или просто отбирают. Восстановить справедливость нетрудно: ведь все маневры с квартирами психически больных людей незаконны по определению. Но мошенники искусно превращают простейший сюжет в запутанный клубок. Они же знают, что такой больной защитить себя не сможет. А государство — ну что государство, это ведь механизм, а он не знает жалости. Главное — люди.

Главный врач Владимир Стефанович Воронин работает в больнице 40 лет, и столько же — его заместитель, Юрий Тевьевич Каганович. Случай уникальный, о нем уже давно стоило бы написать книгу.

Они там не работают — это священнослужители. И вот эти доисторические люди насмерть бьются за своих пациентов, у которых украли жилье. Если прочитать всю их переписку с разными инстанциями, получится произведение, которому романы Дюма и в подметки не годятся. Это не дежурные отписки, это отечественная война. И Воронин, и Каганович, и все врачи больницы делают для пациентов то, что могут сделать для человека только родители.

По каждому сюжету нужно проводить отдельное расследование. Ведь эти одиннадцать историй — это бесспорно установленные случаи мошенничества с квартирами. А сколько их на самом деле — только предстоит выяснить. Ведь в МПБ №5 — около двух тысяч пациентов. Это сколько же квартир пропадает за просто так!

Опубликован в газете “Московский комсомолец” №26488 от 28 марта 2014

Ссылка на основную публикацию